В деревне Наумкино Аургазинского района все-таки закрыли библиотеку – ту самую, что собирала в небольшой деревне 550 читателей, сохраняла мордовскую и чувашскую культуру и выигрывала президентские гранты. Мы рассказывали о ней в этом материале. Утверждалось, якобы в бюджете нет средств, нужна оптимизация. Однако анализ, проведённый местными жителями, показал: денег не было, видимо, только на культуру. Кроме того, нам рассказали, что пока библиотека закрывалась, ее сотрудница Оксана Матвеева и сын Оксаны, участник СВО, столкнулись с травлей и клеветой. То же произошло и с другими членами инициативной группы по спасению важного культурного центра. Мы изучили документы, поговорили с жителями – и готовы рассказать, как закрытие библиотеки превратилось в войну между двумя лагерями сельчан.
Под «нож» оптимизации: как в Башкирии закрывают библиотеку, сохраняющую мордовскую культуру
Что было до
В мае этого года мы писали про библиотеку в деревне Наумкино. Тогда её хотели закрыть «в целях оптимизации», прикрывшись опросом, где якобы большинство местного населения были «за». Правда, по мнению местных, опрос проводился с нарушениями и не учитывал реального мнения жителей. Кроме того, многие считают, что оптимизация – лишь прикрытие, а на деле всему виной давняя личная вражда главы Балыклыкульского сельсовета Любови Александровой с некоторыми жителями Наумкино, которая особенно обострилась после того, как люди осмелились обратиться в прокуратуру и к главе республики. По крайней мере, так считают сами жители.
Буквально пару недель назад с нами снова связались жители Наумкино с пренеприятной вестью: библиотеку всё-таки закрыли. Местные не сдались – писали бесконечные обращения и даже подали в суд, который проиграли.
Конечно, неприятно. Но важно тут другое. В мае и администрация, и начальник отдела культуры Булат Багаутдинов в один голос нам говорили: «Библиотека закрыта в целях оптимизации». Якобы денег нет. Но, как выяснилось, денег нет только на библиотеку. А потратить почти 5 миллионов бюджетных средств на то, что или не работает, или бесполезно – есть. Давайте посмотрим, на что же всё-таки были деньги у администрации Аургазинского района.
Объекты есть, а смысла в них — нет
Инициативные жители Наумкино не стали сидеть сложа руки после объявления о закрытии, а написали очень подробную жалобу на имя Александра Бастрыкина. В ней они рассказали про построенные объекты в Балыклыкульском сельсовете, практическая польза от которых явно несоразмерна тратам.
Водонапорная башня в Балыклыкуле
Её построили в 2022 году по программе «Капитальный ремонт водонапорных башен» при поддержке Министерства ЖКХ РБ. Всего было выделено почти 1,8 млн рублей из бюджета РБ и Балыклыкульского сельсовета. По словам жителей, с момента строительства и по сегодняшний день башня якобы не проработала ни дня. И к тому же, хотя в неё и вложена такая большая сумма, ей уже требуется капитальный ремонт.
Местные недоумевают: зачем тогда столько вложили в неработающий объект? В администрации Главы РБ им ответили коротко: «Нарушений не выявлено». Получается, 1,8 млн рублей потрачены впустую, и это нормально?
Парк спорта и отдыха в д. Наумкино
В 2025 году около 3,5 млн рублей потрачено из бюджета Аургазинского района на обустройство парка спорта и отдыха. Как сообщают сами жители, на открытие парка в октябре 2025 года было приглашено всё население деревни. Мероприятие приурочили ко Дню пожилого человека. Там объявили, что все жители деревни могут заниматься на тренажёрах. Однако тренажёры, по словам жителей, оказались некачественными и очень скоро начали ломаться. И тогда появилось объявление, что на тренажёрах могут заниматься люди весом не более 70 кг. Получается, значительная часть населения осталась без спорта.
Администрация главы РБ также не выявила тут никаких нарушений, хотя гарантийный срок по контракту составляет 5 лет. Но и года не прошло, как тренажёры начали ломаться, что уже говорит о возможном плохом качестве инвентаря.
Снова получается, что деньги на неработающие или неиспользуемые объекты есть, а на содержание библиотеки – нет. На неё, к слову, уходило чуть более 800 тысяч в год.
Важно, что в закрытой Наумкинской библиотеке функционировал еще и местный клуб «Масторава», направленный на сохранение мордовской культуры. В 2022 году по президентскому гранту открыли библио-этно-студию «Лисьмаприне / Родничок». Получается, что более чем 550 читателям библиотеки закрыли не только доступ к книгам, но и к культурному досугу.
Молитвы о дожде, местный «Урал-батыр» и фермерство: как живет чувашско-мордовская деревня в глубинке Башкирии. Репортаж
Местные поделились с редакцией, что вот уже несколько месяцев комната, где раньше была библиотека, пустует. В ответе администрации Главы РБ также отмечается, что Оксане Матвеевой, бывшему библиотекарю Наумкино, предлагали место в Балыклыкульской библиотеке в самом Балыклыкуле, но, по словам местных, как таковой её там и нет. Пара полок, которые не пользуются никаким спросом. Жители уверены: это всё дело рук главы Балыклыкульского сельсовета Любови Александровой, якобы неприязненно относящейся к Матвеевой.
Зависть и жадность?
Как мы уже писали в прошлой публикации, многие были очень недовольны назначением Любови Александровой. Говорили, что она якобы «изживала неугодных ей людей». По словам местных, она завидовала Оксане Матвеевой и поэтому так сильно хотела закрыть библиотеку. Кроме того, по слухам, та боялась, что Матвеева займёт её место.
Мы лично созвонились с Александровой. Личную неприязнь она отрицает и логично говорит, что решение о закрытии принимает не она, а отдел культуры района.
«Я не могу отвечать за то, что кому-то придёт в голову. Есть порядок и полномочия – кто что может делать по закону. Закрытие библиотеки – это полномочия начальника отдела культуры», – заявила она нам.
История после той публикации продолжилась. Деревня Наумкино, по словам местных, поделилась на два лагеря. Одни выступают против закрытия библиотеки и всячески за неё борются, а вторая часть населения просит тех прекратить активную деятельность, угрожая судами.
Так, Тамара Кузьмина, инициативная жительница села, выступающая за сохранение библиотеки, рассказала о личных сообщениях с угрозами в её адрес. Сосед якобы угрожал ей встречным судом за те жалобы, которые они написали в адрес Любови Александровой. Другие жители возмутились, что инициативная группа якобы хочет лишить деревню купели и детского сада. По мнению местных, именно глава сельсовета стравливает их друг с другом – и делает это последовательно, с того самого момента, как жители начали писать обращения в прокуратуру и к главе республики. Сама Любовь Александрова в телефонном разговоре с корреспондентом издания комментировать это отказалась, назвав вышесказанное «фантазиями» жителей.
Кроме того, как сообщают местные, в ответ на коллективную жалобу Любовь Александрова якобы подала встречное заявление в МВД на жителей, пытающихся сохранить библиотеку, о чем якобы свидетельствует предоставленный редакции ответ на её обращение. По данным жителей, ранее она уже организовывала коллективное обращение в ОМВД России по Аургазинскому району с целью возбудить уголовное дело в отношении семьи Матвеевых. Сама глава сельского поселения эти факты отрицает. Более того, по ее словам, это всего лишь ответ МВД, отправленный на ее имя, а последнее заявление подавали сами жители.
Клевета на участника СВО
Отдельная история – клевета на сына Оксаны Матвеевой, Станислава Матвеева. Как указано в жалобе, в 2019 году он поступил на службу по контракту в Чеченскую Республику. С тех пор он участник военных действий в Сирии, Африке, а также СВО. Награждён государственными наградами Президента РФ: двумя медалями «За отвагу», медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени с мечами, а также наградами ДНР и ЛНР. Имеет удостоверение ветерана боевых действий.
По словам жителей, в селе будто бы распространяли слухи, что он «не воевал, а медали купил». Как считают местные, именно это могло быть одной из причин, почему Оксану Матвееву до сих пор не признают матерью участника СВО. Жители обратились в прокуратуру Аургазинского района, чтобы в ситуации разобрались. Прокуратура перенаправила обращение в отдел МВД России по Аургазинскому району. Оттуда – в Стерлитамакский межрайонный следственный отдел СУ СК России по РБ.
В Следственном комитете ответили следующее:
«...фактов распространения сведений о Вашем сыне, принятия решений по вопросам деятельности Наумкинской сельской библиотеки по мотивам личной неприязни, а также ограничений либо воспрепятствования вашей деятельности, связанной с организацией и сбором гуманитарной помощи участникам специальной военной операции, в ходе рассмотрения обращения не установлено...»
При этом свидетелей, указанных в обращении, не опросили. Экспертизу слов не провели. Расшифровку телефонных звонков, где говорят о «купленных медалях», не запросили. Зато опросили тех, кого, по мнению жителей, «подготовили». Сама глава сельского поселения отказалась это комментировать в беседе с нашим изданием.
Даже обращение в Минобороны по поводу нарушения прав матерей участников СВО не решило проблему – его просто переправили в Генпрокуратуру, а оттуда – в район. Круг замкнулся.
Круг замыкается не только в случае с обращениями от матерей участников СВО.
Ответы чиновников и решение суда
К сожалению, многочисленные обращения не дали никакого результата. Ведомства бесконечно их «отфутболивают» и спускают ниже, ниже, ниже.
Прокуратура Республики Башкортостан перенаправила обращение жителей в прокуратуру Аургазинского района. Та, в свою очередь, ответила, что «нарушений не выявлено». Следственный комитет не стал разбираться в возможной клевете на участника СВО, не опросив свидетелей и не проведя экспертизу.
Администрация Главы РБ дала самый подробный ответ. Но по библиотеке – всё «в рамках закона». Цитируем:
«… решение о реорганизации или ликвидации муниципальной библиотеки, расположенной в сельском поселении, может быть принято только с учётом результатов опроса жителей данного сельского поселения. Опрос граждан проведён в период с 24 по 26 апреля 2026 года на территории всех населённых пунктов сельского поселения Балыклыкульский сельсовет. Результаты опроса опубликованы».
По бюджетным тратам – та же картина. Нигде нарушений не выявлено. И ни слова о том, кто ответит за неработающую башню или за сломанные тренажёры.
Судебное заседание жители проиграли, однако останавливаться не собираются – планируют подавать апелляцию в Верховный суд РБ. По словам Тамары Кузьминой, у них есть подозрение на подделку подписей в опросном листе. Кроме того, по их словам, сам опрос проводился с нарушениями. Местных могли вводить в заблуждение по поводу предмета голосования. Как с нами поделилась одна из жительниц, ей якобы сказали, что они вообще голосуют за благоустройство села. Опросные листы направят на экспертизу.
Вывод
Что мы видим? Жители всячески отстаивают свои права, причем вполне законным способом. Они составляют коллективные жалобы, пишут заявления в полицию, обращения в администрацию, прокуратуру, даже Минобороны. И ни одна инстанция не смогла им помочь, отфутболивая их ответы. Куда же им тогда обращаться? Кто защитит и восстановит права этих жителей, тем более в такое непростое для нашего государства время?
Мы начали этот текст с простого вопроса: если денег на библиотеку нет, то почему они есть на то, что по итогу и не работает? Водонапорная башня за 1,8 млн – не работает. Парк за 3,5 млн – тренажёры для людей «до 70 кг». Итого – миллионы, которые либо ушли в никуда, либо вызывают слишком много вопросов.
А библиотека, которая работала 30 лет, сохраняла мордовскую и чувашскую культуру, выиграла президентский грант – закрыта. Комната пустует, а книги уже давно вывезены. Библио-этно-студия «Родничок», открытая за счет средств президентского гранта, больше не функционирует.
Как уверяют местные, те, кто пытался эту библиотеку спасти, столкнулись с травлей, угрозами и клеветой. Ни один орган власти так и не смог им помочь. Но жители Наумкино не сдаются и надеются, что в этой борьбе всё-таки выиграют. Будем следить за развитием событий.
Читайте также
- В одном из сел Башкирии открыли новый современный стадион
- Власть денег или власть земли: кто на самом деле управляет городами Башкирии
- В Башкирии глава сельсовета продолжит работу после суда за пьяную езду
