пришлите новость

Ирек Ялалов – о желании возглавить Башкирию, «строительной мафии» и объединении регионов

09:43, 23 июня 2021

| c10872

Сенатор рассчитывает задержаться в Совете Федерации

Ирек Ялалов – о желании возглавить Башкирию, «строительной мафии» и объединении регионов

О замороженных проектах, конфликте уфимских застройщиков и властей, планах занять пост руководителя Башкирии, ведущий обозреватель Пруфы.рф Рамиль Рахматов пообщался с экс-мэром Уфы, а ныне сенатором верхней палаты Федерального Собрания Иреком Ялаловым.

Полный вариант интервью на нашем канале.


«Вырезаем лишние нормы»

– Ирек Ишмухаметович, в чем разница работы сенатора и депутата Госдумы РФ в Федеральном собрании?

– Двухпалатная структура парламента страны – не наше изобретение, а устоявшаяся форма во многих демократических развитых государствах. Первое отличие заключается в запрете партийной деятельности в верхней палате – Совете Федерации. Изначально она создавалась как палата регионов. От каждого региона – по два сенатора, которые представляют интересы жителей, а не партий.

Второе отличие в том, что депутаты Госдумы РФ больше сосредоточены на законотворческой деятельности, а сенаторы на стратегическом развитии и анализе нормативно-правовой базы. Так уж случилось, что за 2,5 года я больше занимался именно этим. Вместе с правительством мы устроили «гильотину» и урезали значительное число актов. Например, у нас действовали многие нормы аж с 1936 года! Они физически сдерживали развитие малого, среднего бизнеса, строительного комплекса, космоса и т. д. Десятки тысяч подзаконных и законных актов нами были аннулированы. Это говорит о том, что не надо гнаться за количеством законов. А у нас критерием работы парламентария сейчас является количество законопроектов. На мой взгляд, это неправильно.

Для меня как бывшего муниципального служащего самым золотым временем было конец 1990-х и первая половина нулевых годов. Незначительная нормативная база, много полномочий. Чтобы во дворе асфальт починить, нужно было составить один акт с тремя подписями от начальника ЖКХ района, жильца и депутата. На коленке пишется дефектная ведомость, за день готовится проект и кладется асфальт. Сейчас это растягивается на целый год.

– Нет ли в ваших словах противоречия? За последние годы «бешеный принтер» Госдумы РФ выпустил множество противоречивых, скандальных, на мой взгляд, даже диких законов. А вы, сенаторы, их поддержали.

– Законодательной инициативой обладают депутаты ГД РФ, сенаторы и региональные заксобрания. Когда Госдума РФ в трех чтениях принимает законопроект, он поступает к нам. Никто автоматически его не принимает и не штампует. За два с половиной года я участвовал в десятках согласительных комиссий, когда законопроекты заворачивались. Например, важнейший документ – Стратегия пространственного планирования – мы завернули на месяц и вернули в Минэкономики РФ.

Еще раз повторю, в Госдуме РФ многое происходит через призму политических пристрастий, а мы смотрим через интересы наших регионов. Нам часто приходилось отклонять законопроекты от региональных собраний. Они их писали из лучших побуждений, но страна разная, у них закон может работать, а в других регионах нет.

О мостопаде и объединении регионов

– Были ли у вас собственные законодательные инициативы?

– Были. В отличие от Госдумы, у нас заседания проводятся два раза в месяц. Это правильно. Это позволяет нам тщательно готовить материалы. За 2,5 года в Совете Федерации я принял участие в 80 пленарных заседаниях. 12 раз я выступал с основной трибуны с теми или иными законопроектами. Такие вещи, как выступления на правительственном часе или региональной неделе, я не беру в счет. Для себя после беседы с Радием Хабировым я поставил задачу стратегического планирования и документов.

Например, проект «Безопасные и качественные дороги». Мы, 10 мэров городов-миллионников, разработали его еще в 2012 году. Через муниципальные ассоциации вышли с инициативой навести порядок на городских дорогах за 5 лет. Мы посчитали, что на город ежегодно необходимо по 5–10 млрд только на асфальт. Нас поддержали на всех уровнях, проект вырос до национального проекта в 2017 году. До 2024 года города, включая Уфу и Стерлитамак, обеспечены федеральными деньгами по безопасным и качественным дорогам. Я горжусь этим проектом.

По такой же схеме я предложил руководству СФ РФ проработать очень плачевную тему мостов и путепроводов. По всему миру наблюдается мостопад. В 2018 году в России упало более 100 мостов. Валентина Матвиенко поручила мне курировать этот проект, нас поддержал Минтранс РФ. Сейчас есть решение Мишустина и Хуснуллина выделить 200 млрд до 2024 года для регионов на капремонт мостовых сооружений и 60 млрд на реконструкцию. Понятно, что в масштабах страны этого мало, но все же первый шаг. Хотим к 2034 году сформировать отдельный проект по мостам и путепроводам. По генплану Уфы нам необходимо построить 10 мостов. Стоимость одного – от 5 до 12 млрд. Представляете, какие это деньги?

– Раз вы уже упомянули вице-премьера Марата Хуснуллина, то как относитесь к его идее объединения регионов через агломерации?

– Это очень высококомпетентный специалист, с которым мы знакомы со времен его работы в качестве заместителя мэра Москвы. Я приветствую его приход на столь высокую должность. За это время они с Белоусовым провели ревизию нормативных актов в строительной отрасли. Более 2600 актов были отменены, осталось еще несколько тысяч.




Заявление Хуснуллина было разъяснено как его личное мнение. Речь идет о тех регионах, где управленческие и кадровые компетенции не в состоянии саморазвиваться. Сейчас у нас 85 регионов, когда их было больше, произошли укрупнения. Например, соседний Пермский край. Мы обсуждали тему с коллегами на профессиональном уровне. Понятно, что объединение не коснется Башкортостана или условную Белгородскую область. Речь идет о 5-6 регионах, которые не могут сами развиваться и теряют население. В любом случае Правительство РФ опирается на Стратегию пространственного планирования. Там четко сказано, что всего 60 агломераций. 20 крупнейших, куда входит Уфа, и 40 других. Они в приоритете финансирования.

– Главы регионов требуют от парламентариев привлечения инвестиций. Есть ли у вас подвижки в этом?

– Совершенно справедливое требование. Мы не можем себе позволить, чтобы депутаты и сенаторы занимались только тем, что обозначено в их статусе. Мы пропагандируем свой регион. Интерес к нам есть. В первую очередь со стороны крупных федеральных компаний. Малый и средний бизнес – это хорошо. Но он дает наибольший процент в региональном продукте в южных регионах. Например, в Краснодаре. У нас же это крупные промышленные предприятия. Сейчас с правительством работаем над тем, чтобы привлечь большие инвестиции в Салаватский газохимический комплекс. Я специально погружался в эту тему. Летал на такой же завод в Тобольск. Город с населением в 98 тысяч человек. Бюджет на одного человека в 6 раз больше, чем в Уфе! Рядом стоит клон Салаватнефтеоргсинтеза. Их было в СССР всего три. Один на Украине. Сейчас в Тобольске построен суперсовременный завод в два раза больше. Снята проблема по полипропилену, а Россия его экспортирует. 4 тысячи человек там работают из Башкирии. Переезжать туда начали где-то в 2004 году. Это квалифицированные кадры, полтрилионна частных инвестиций. Такой уровень производства я видел только в Швейцарии.

– Нефтехимия – это беда уфимцев, вспомним тот же Химпром. Какие подвижки в разрешении проблемы есть?

– Профессионально заниматься темой мы начали в 2012 году. В 2016 году добились выделения федеральных средств, несколько миллиардов рублей на санацию шламонакопителей. Я не знаю, по какой причине, но Правительство РБ не смогло реализовать этот проект. Сейчас за Химпром взялась Светлана Радионова.




Но главным стало, что в 2019 году Радий Хабиров выступил в Совете Федерации. В результате было подписано постановление СФ РФ, в котором был четко прописан пункт по Химпрому. Нам готовы были выделить деньги еще в 2020 году, но попался недобросовестный подрядчик, который сейчас в бегах. Так мы были отброшены на полтора года. На Петербургском экологическом форуме мне Светлана Радионова сказала, что они занимаются плотно, поводов для тревоги нет.

О новом поколении мэров

– Как изменилась Уфа за два года вашего сенаторства?

– Сейчас пришло новое поколение мэров. Из старого поколения остался только Ильсур Метшин в Казани. В наше время был принцип – не критиковать предшественников. Нугуманов ничего не говорил про Ямалтдинова, Качкаев о нем не говорил. Я не говорил плохого о Качкаеве. Это была своего рода корпоративная этика. Но, к сожалению, сейчас в ряде регионов приходят менеджеры, которые утрачивают эту этику и позволяют себе критиковать предшественников.

– У нас это тоже наблюдается…

– Второй показатель, который меня радует – это количество башенных кранов в городе. Я приветствую подход руководителя республики, что он лично занимается вопросами строительства, развитием и благоустройством города. Той же Советской площадью мы занимались 20 лет. Но территория не города, а республики. Наконец-то за нее взялись и доделают. Развязка на улице Заки Валиди, которая сейчас раздражает всех. Мы должны были ее ремонтировать еще в 2015 году. Но не было просто воли взять на себя ответственность. Все понимали, что в сторону властей всех уровней полетят шишки. Испугались. В 2016 году должны были приступить к строительству вставки к мосту. В том же году к Нагаевскому путепроводу. Но проект устарел. Очень многое зависит от проявления воли. В свое время ее сильно проявил Сергей Собянин. Его проклинали москвичи, а спустя несколько лет, наоборот, благодарят.

– Не секрет, что сейчас идет достройка объектов, по которым разрешения выданы давно. Новые не выдаются, будет просадка в будущем. На ваш взгляд, это здоровая ситуация или аппетиты уфимских строителей урезаются справедливо?

– Когда по моей просьбе в Уфу зашли казанский и ижевский застройщики, уфимцы были против. Меня как только не называли. Люди покупали землю по рыночной цене. При этом они повышали стандарты на уфимском рынке. Ведь качество уфимских компаний (строительства) было низким. Появились клиент-офисы, подтянулись и наши компании. Уже тогда был негативный опыт, и мы говорили, что застройщики будут при квартальной застройке делать социальную инфраструктуру.

По моим данным, маржа с квадратного метра в Уфе от 20 до 40 тысяч рублей. Это хорошие деньги, но не для того, чтобы сразу строить школу, детсад или спортивную школу. В длинную перспективу можно.




Вместе с Денисом Чернятьевым мы приняли в Орджоникидзевском районе представителя одной из компаний. Он пожаловался на ограничение предпринимательской деятельности, принес документы, переписку. У меня сложилось впечатление, что наши застройщики привыкли жить в тепличных условиях. В погоне за показателями нацпроекта «Жилье» мы отпустили ситуацию, чтобы пошли квадратные метры, чтобы находиться в топе национальных рейтингов. Это было осознанное решение разогнать маховик. Но когда уходил, я говорил им, что они доиграются. В октябре 2018 года не успел я уйти, они начали упрощать проекты. Вот, например, дома у ТРЦ «Планета». Две большие разницы с первоначальным макетом. При всем уважении к БашГУ, но совсем другой красивый проект фасада был. А сейчас просто пенопласт, облицованный серпянкой и штукатуркой. Никто не выполнил договоренности по восстановлению памятников культуры. Три дома выполнил только МУП ИСК Уфы. Поэтому я согласен с подходом властей, с точки зрения ужесточения контроля за строительным комплексом.

Об Ассоциации застройщиков говорят 10 лет. В Германии корпоративная культура во всем, через ассоциации, цеха. За счет этого идет лоббирование. Так и должно быть.

Горсовету нужны бизнесмены

– Впереди непростые выборы, в том числе в горсовет Уфы. Какой бы вы дали совет Сергею Грекову, чтобы были сформированы рабочие органы городских властей?

– Персональный совет, если он будет нужен, я дам в личном порядке. А если говорить в целом, то нынешний состав городских депутатов подвергался критике. Мол, сидят там одни строители. Мол, строительная мафия. Но возьмите анализ и цифры. Нынешний состав депутатов тратит от 200 до 250 млн рублей своих средств на социальные нужды. А ведь был горсовет из бюджетников. И что? Я считаю, что состав должен быть сбалансированным.

По закону часто нельзя помочь сиротам, людям, попавшим в сложную ситуацию. Ты просишь жилье у депутата застройщика. Ему жалко, но все же помогает, проблема решается. Депутаты с ресурсом очень выгодны для власти, когда не решаются вопросы в бюджетном порядке. Те же скверы, парки.

– Если кресло руководителя Башкортостана станет вакантным, вы бы согласились стать главой РБ?

– Нет. Этот вопрос мне задавали еще в 2017 году на волне дискуссии мэрии и республики по поводу бюджета. Тогда это представлялось как межличностный конфликт мэра и руководителя региона, чего не было на самом деле. Сейчас я хочу сконцентрироваться на сенаторской деятельности. Во-первых, я там на хорошем счету. Мне работать еще 2,5 года, но если меня руководство республики поддержит, то я с удовольствием бы пошел на еще один срок. После изменений в Конституции РФ статус сенатора вырос, круг общения – это высшие должностные лица страны. Мы можем стать тем мостом между регионом и федеральными властями. Как такой мост построили наши братья-соседи, мы знаем. Они смогли продвинуть своих в федеральные структуры. Нам нужно последовать их примеру.

ПОДЕЛИТЬСЯ










последние новости


Загрузка...

© Права защищены. 2021

Яндекс.Метрика