«Королева буллинга» чиновников Уфы? О методах работы замглавы Гуллярии Ялчикаевой

Чиновники тоже плачут

Вы, может быть, удивитесь, но очень часто самыми беспомощными людьми или потерявшими себя после увольнения в никуда становятся чиновники. Речь не об управленцах первого порядка или низового звена, а о середняках, которые являются основой любой системы или учреждения. Они работают не ради высокой зарплаты, опыт и стаж им также говорят, что потолок достигнут, выше уже не прыгнуть. Они работают на выслугу лет и часто даже любят свою работу. Им нравится работать в системе и на систему. Поэтому слом представлений и системы для них зачастую оборачивается чуть ли не трагедией.

Вот представьте себе, что практически всю свою жизнь после института вы отдали государственно-муниципальной службе. Начинали еще простым учителем, через пару лет к вам пригляделись — и вот вы уже в профильном отделе районной администрации. Это уже не прямая работа с детьми, но вовсе не легче. Зарплата не ахти, но есть ощущение важности миссии — и вы уже привыкли брать под козырек. С годами уходят задор, энергия и вера, но появляются опыт, стабильность и спокойствие. Да и карьера по ступенькам идет вверх, и вот вы руководитель второго порядка уже в администрации города. Рост потребовал получить второе или даже третье образование — вы уже собаку съели на политесе или, как у нас говорят, на «тәртипе» (порядке). В то же время у вас выработалось самоуважение как у специалиста. До выслуги лет вам осталось совсем чуть-чуть, поэтому развилка — дальнейший карьерный рост или ранняя пенсия — вас не особо не волнует. Как будет, так будет.

Но в чиновничьей карьере не всегда работает нормальный прямой рост. Вверх пробиваются не самые лучшие специалисты, а чаще люди с закрытыми глазами и сильными локтями. А иногда в руководители назначают человека со стороны и без знания специфики. Этот руководитель моложе, осознает, что как специалист он слабее, поэтому создает коллективу атмосферу, в которой возбраняется не только проявление сомнений, но и личности.

Прямой начальник, который пришел в ваш коллектив с новым боссом, сначала в качестве вопроса, а затем уже напрямую намекает, что пора бы вам покинуть должность. Вы отнекиваетесь, мол, год осталось до пенсии, побойтесь бога. Но вы уже знаете, что процесс пошел, и знаете даже имя молодого фаворита, который вас должен заменить. Вы тут же оказываетесь в стрессе, сразу возникают болячки, про которые и не вспоминали. Вы уже знаете итог, но барахтаетесь и надеетесь выиграть время. Наступает следующий этап. Не хотите по-хорошему поднимать лапки, будет по-плохому. Вас демонстративно не вызывают на совещания, игнорируют, не дают поручения и отрезают от оперативной информации. Вас удаляют из всех рабочих чатов и образуют зону отчуждения вокруг вас. Коллегам не просто запрещают с вами общаться, а берут с них письменные обязательства об этом. В таких условиях понятно, что вы допускаете формальные ошибки или недочеты в работе. Приказы о дисциплинарных нарушениях выходят один за одним. Вы сдаетесь и уходите в никуда по собственному желанию. И неожиданно для себя чувствуете не потерянность, а облегчение. Теперь не нужно выслушивать хамство, истерические крики и угрозы, терпеть самодурство и некомпетентность.

Вот такую историю примерно месяц назад я услышал из уст чиновника, ушедшего из-под начала заместителя главы администрации Уфы Гуллярии Ялчикаевой. Некоторые слова собеседника мне напомнили школьные годы и начальника отряда дисциплины нашего интернатского заведения — Ялчикаеву. А еще — дурное кино об офисной жизни «бюрократических крыс». Только вот по такому сценарию уволили около десятка специалистов из администрации Уфы и районов города, которые пришлись Ялчикаевой не ко двору.

Что говорит ИИ

Теперь первый анекдот данного повествования. Как сейчас модно, мы загнали исходные данные и описание ситуации в ИИ. Далеко не все мы можем озвучить, так как они носят личный характер. Но в целом получили следующее. Цитируем.

Если действительно было около 10 увольнений по одинаковому сценарию, то это уже выглядит не как отдельные личные конфликты, а как устойчивая управленческая практика, которую можно анализировать с точки зрения кадрового управления, трудового права и организационной психологии.

Такие рассказы обычно выслушиваются и вскоре забываются, но гость отметил, что это не только его история — посмотрите на список и количество уволившихся из городских структур под руководством данного заместителя градоначальника. А список этот оказался немалым. Последним громким событием стала отставка начальника Управления образования Уфы Азата Батыршина в августе.

Некоторые издания поспешили этой отставке придать политический окрас «зачистки кадров Ратмира Мавлиева», однако наши источники главной причиной называют возможную личную неприязнь со стороны Гуллярии Ялчикаевой, которая не предложила многодетному отцу альтернативного трудоустройства.

Отметим, что предшественница Батыршина Елена Хаффазова, которую все собеседники считают опытным и компетентным управленцем, ушла из мэрии также при заместителе главы Ялчикаевой.

Также, по одной из версий, вместо Батыршина начальником Управления образования города планировалось назначить подругу заместителя главы города Ильнару Сатаеву, а ее Управление по опеке и попечительству передать заместителю Айдару Файзрахманову. Но пока не срослось. Начальником Управления образования стал Султан Бадыков. Сатаеву тоже интересно «ведут» по должностям. Прежде чем она закрепилась в опеке, оттуда «выдавили» заместителя начальника управления Зульфию Фахриеву, которая работала в городской системе много лет. До выслуги Фахриевой оставался год, но ее тоже «выкинули» в никуда. Ей также пришлось пройти через все вышеуказанные «прелести» по выдавливанию: отключение от рабочих чатов, документов, игнорирование, недопуск на совещания и выговоры. Не спасло и первое место в своей номинации в конкурсе «Лучший муниципальный служащий».

Уже сегодня в центре психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи «Журавушка» нам подтвердили, что уходит руководившая учреждением с 2022 года Ольга Антонова. На ее место продвигают заведующую детским садом Надежду Гурьянову, про которую злые языки говорят, что та якобы не имеет соответствующего образования.

Навскидку мы вспомнили сразу несколько фамилий уволенных из администрации и городских структур: Альфия Кагарманова, Шамиль Абдраков, Елена Белобородова, Гульназ Хусаинова, Раит Гайсин, Гульназ Исангулова и другие. Не все эти фамилии работали непосредственно в мэрии — кто-то из них трудился в администрациях районов города, отделах, кто-то в городских учреждениях. Но все, скорее всего, пришлись не ко двору Ялчикаевой либо стали свидетелями не очень понятных действий и явлений. Что могут рассказать начальники управлений или экономисты?

Что с детьми?

Самым тревожным инцидентом начавшегося учебного года стал конфликт в Кушнаренково, где ученик местной гимназии ударил ножом одноклассника. Уже Радий Хабиров говорит, что конфликт якобы был во многом спровоцирован поведением самой жертвы, а руководство школы скрывало имевший место факт ненадлежащего поведения некоторых учащихся. Понятно, что это слабо оправдывает юношу, который принес и применил в школе нож. Но с этим предстоит разбираться правоохранительным органам и психологам.

---

---

Вполне оправдано, что данный инцидент вызвал бурную реакцию у руководства республики — шашкой помахать пришлось самому Радию Хабирову. Не зная подробностей расследований, мы не можем судить, оправданно ли полетели головы ответственных лиц на низовом уровне, но возникшая ситуация требует не только жесткой реакции, но и выстраивания целой системы профилактических мер. А вот с этим уже намного сложнее.

Сегодня красной точкой на карте республики стало Кушнаренково. Но объективно более сложной ситуация представляется не в селе, где такие инциденты могут носить единичный характер, а в городах — и в первую очередь в Уфе. Тем более, что в столице в этом году уже случались нападения в школе и на иностранных студентов. И эти уфимские истории в корне отличаются от кушнаренковской. В селе это было эмоциональное состояние человека, находящегося в длительном конфликте с другим конкретным человеком. В Уфе же участники нападений не только заведомо планировали и предвкушали свои действия, а еще и выстраивали под это определенную логику. В этих случаях нельзя найти все концы сходу, выйти на простые выводы и назначить виноватых. Тут более кропотливая работа — и снова системная профилактика.

В администрации Уфы общую ответственность за данное направление несет заместитель градоначальника по гуманитарным вопросам Гуллярия Ялчикаева. В ее подчинении пять управлений: по опеке и попечительству, образованию, культуре и искусству, по делам несовершеннолетних и защите их прав, по работе с ветеранами и инвалидами.

И мы не на пустом месте вдруг решили обратить внимание на данное направление в работе городской администрации — за месяц редакция получила несколько сигналов по различным аспектам, некоторые из которых тоже можно записать в разряд анекдотов.

Это был второй анекдот. Теперь заметка на полях от автора. В одном из ветеранских чатов я увидел очередное приглашение посетить детский дом на Блюхера. Перед прошлым «заходом» я принял участие в таком мероприятии — общался с воспитанниками, провел короткое занятие по первой помощи. Я бывал в таких учреждениях, но этот детский дом меня поразил своей доброй атмосферой, отношениями воспитанников и педагогов. Дети своих воспитателей там называют «мама».

Это я знаю. А знает ли это Гуллярия Рафкатовна? Смеем предположить, что не знает, потому что за все годы на своем посту она ни одно такое учреждение в Уфе ни разу не посетила. Эта информация меня тоже удивила. Мы вместе учились, она — выпускник интернатного образовательного учреждения. Как же так?

Случай в 16-й школе, где девятиклассник с игровым автоматом и петардами напал на учителя и одноклассников, снова поднял тему психологов — штаты, постоянные сотрудники, ставки. Но сложно сказать, выстраивается ли система. В той же Уфе большая часть психологов «заточены» под работу с сиротами и неблагополучными. Тут не до глубокого копания — лишь бы дите было умыто, одето, накормлено и не было прямого насилия в его отношении. Вот их реалии и ежедневная рутина. Шутинги и нападения в учебных заведениях — это уже другая епархия. И это часто благополучные семьи и ребята, которые редко попадают в фокус внимания профильных служб и специалистов. Чтобы школьный психолог мог выявить такого потенциального агрессора, надо не просто отбывать часы в кабинете и писать отчеты, а выявлять угрозы. К слову, по линии МВД с участковых и сотрудников по делам несовершеннолетних выявление правонарушений требуют как показатель.

В общем, наши собеседники причастные к данной сфере, довольно скептически относятся к сложившейся системы работы.

Факт следующий. Еще несколько лет назад мы ежегодно анализировали доклады омбудсменов, в том числе детского. При Ольге Панчихиной мы от этой практики отказались, как от бесполезной. И сегодня, запрашивая информацию в поисковике, видим, что в последний раз статистика по суицидам несовершеннолетних в республике официально озвучивалась несколько лет назад. Последним эту болезненную тему после случая в 16-й школе поднял вице-премьер Урал Кильсенбаев. Он совершенно справедливо заметил, что буллинг, суициды и подростковое насилие — явления одного корня. К слову, за месяц мы уже не в первый раз наталкиваемся на ситуацию, когда Кильсенбаев на каком-нибудь совещании или мероприятии говорит непопулярные для уха чиновника, но правильные вещи.

Повторимся, что в свободном доступе статистики по суицидам несовершеннолетних в республике и Уфе нет. Однако мы видели некоторые данные Следкома РФ по РБ. Точнее, предписания из этого ведомства в мэрию. Следователи сообщают, что количество попыток и доведенных до конца суицидов в башкирской столице в последние годы увеличилось на порядки. А вот этот факт уже сам по себе является оценкой работы гуманитарного блока администрации Уфы и лично председателя Комиссии по делам несовершеннолетних в лице замглавы города. По данному вопросу, как и по некоторым другим, мы направили редакционный запрос в администрацию города.

Подводя некий итог заметки, оговоримся, что не ставим целью кого-то опорочить или критиковать всю систему работы городской администрации. Вызовы сегодня стоят серьезные, пора разрешать вопросы на системном уровне. Одни благостные отчеты и мероприятия тут не помогут. Вопрос кадров снова встает серьезно. Это, наверное, хорошо понимает Рустам Шарипов. Накануне у коллег с «UTV» вышел сюжет о том, как исполняющий обязанности градоначальника посетил несколько школ после ремонта в Уфе. И остался доволен он далеко не всем.

В минувшем выпуске «Итогов недели» я лишь мимолетно затронул темы, изложенные в данной публикации. Но реакция была даже на эти пару предложений. Информация пошла. Завершим на сегодня еще одним анекдотом из этих сообщений. В мэрию к исполняющему обязанности главы на прием пришел один очень уважаемый человек. Некогда он был непосредственным руководителем заместителя мэра в высоких республиканских кабинетах. Сейчас он уже не чиновник, но еще в силе и считается негласным патроном и близким человеком Ялчикаевой. Подозреваем, что он смог внушить молодому градоначальнику, что заместитель главы города по гуманитарным вопросам «прекрасный и незаменимый специалист» и, наверняка, напомнил Рустаму Динисламовичу, что глава города тоже учился с ней в одной школе.

     

---

---