Под проспектом Салавата Юлаева, где непрерывно гудят машины и стоит запах выхлопов, иногда слышен глухой рокот воды. Это не канализация и не ливнёвка. Это Ногайка — река, которой в этом году исполняется 452 года. Она старше самой Уфы и до сих пор течёт — только в бетонной трубе длиной 1,6 километра. Ногайка — западный страж города, о котором почти никто не помнит. Пока её сестру Сутолоку хотя бы иногда вспоминают в байках, Ногайку просто закатали под магистраль. Но именно между её устьем и Сутолокой в 1574-м высадились стрельцы Ивана Нагого. Без этой речки крепость просто не поставили бы. Сутолока, которой больше нет: как в Уфе исчезла одна непокорная речка Троицын день 1574-го: высадка на «ногайской» земле 30 мая (по старому стилю) отряд московских стрельцов под командованием воеводы Ивана Нагого причалил к берегу Белой. Место выбрали идеально: холм между двумя речками. С востока — Сутолока, с запада — глубокий овраг и Ногайка. Она и стала естественным рвом с западной стороны. Именно поэтому южные ворота крепости позже назвали в её честь, а первый мост через овраг — Ногайским. До русских здесь было ногайское становище. Ногайский хан зимовал неподалёку, а само место называлось «Чертово городище». Уфа выросла на ногайской земле — и Ногайка стала живым напоминанием об этом. В XVII веке по оврагу проходила западная граница города. В XVIII-м Уфа шагнула на Шугуровскую (тогда ещё Ногайскую) гору — и через реку перекинули настоящий мост. По берегам появились огороды, запруды, родники. Ещё в конце XIX века здесь ловили рыбу и купались. Откуда имя: ногайцы или нагайка-плеть? На плане Уфы Оренбургской губернии 1800-х годов она подписана просто: «ручей Нагаиской». Две версии названия до сих пор спорят. Первая — от ногайцев. До основания города здесь стояло их становище на юго-западной возвышенности Уфимского полуострова. Ногайская Орда владела этими землями, и река получила имя «по хозяевам». Вторая версия жёстче и поэтичнее: от слова «ногайка» — знаменитой плети, которой пользовались ногайские воины, а потом казаки и стрельцы. Речка весной «хлестала» по оврагу так, что название прилипло само собой. Краеведы XIX века записывали оба варианта — и оба правдивы по-своему. Как реку сделали невидимкой До конца 1980-х Ногайку ещё можно было увидеть живьём. Она начиналась родником западнее дома Штехеров, подпитывалась ручьём из пруда сада Аксакова (тогда — Луначарского). Текла по оврагам, исчезала в тоннелях, выныривала из бетонных колодцев и впадала в Белую чуть выше нынешнего Бельского моста. В начале 1990-х её полностью загнали в бетонный коллектор. Ногайский овраг засыпали землёй и строительным мусором. Поверх проложили проспект Салавата Юлаева. Рельеф сровняли, как будто реки никогда не было. Сегодня источник скрыт под многоуровневой парковкой у пересечения Цюрупы и Октябрьской революции. А устье иногда выдаёт себя тонкой струйкой или бурлящим потоком после ливня — вытекает из металлической трубы на набережной восточнее Бельского моста. Что осталось под землёй В 2018 году археологи Наталья Щербакова и Ирина Шутелева провели разведку на сохранившемся высоком левом берегу. Нашли части фундамента крепостных стен из известняковых плит и бастион Уфимской крепости — прямо на территории бывшего завода «Горнас». Это доказательство: река защищала не только символически. Но плата за «удобство» вышла дорогой. Засыпанный овраг нарушил естественный дренаж. Уфа стоит на карсте — и теперь после сильных дождей подтапливает Старый центр. А просадки грунта в исторической части города — уже не редкость. Город буквально «играет» под ногами. Память, которую не закопали Ногайский мост исчез. Ногайский овраг почти невидим. От названий остались только таблички и старые планы. Но река всё ещё здесь. В дождь она напоминает о себе рокотом под асфальтом. В жару — тонкой струйкой из трубы. А археологи продолжают копать. В Европе такие реки возвращают: сносят эстакады, открывают русла, делают прогулочные зоны. В Сеуле Чхонгечхон превратили из сточной канавы в парк. У нас пока только память. Можно проложить маршрут «Две реки-основательницы» — от бывшего истока Ногайки до устья. Поставить стенды с планом 1800-х и фотографиями старого моста. Рассказывать школьникам: вот здесь высаживались стрельцы, вот здесь текла «ногайская плеть». Потому что город без памяти о своих реках — это просто бетон и машины. А Уфа началась с воды. С двух речек. И одна из них до сих пор стучит под ногами — тихо, но упрямо.
