В 1955 году в СССР разгорелся крупный скандал, известный как «дело гладиаторов», который иногда сравнивают с современным делом Джеффри Эпштейна из-за обвинений в злоупотреблении властью для организации аморальных практик с молодыми девушками. Хотя прямого аналога — изолированного острова для систематической эксплуатации несовершеннолетних — в СССР не существовало, дело вскрыло случаи, когда высокопоставленные лица якобы использовали своё положение для развратных действий в отношении юных комсомолок и студенток. Фактчек на основе архивных документов, исторических источников (включая публикации в «Коммерсанте», РИА Новости и научных работах) показывает, что скандал имел реальную основу, но с элементами политической борьбы и слухов. Имя уфимки обнаружили в рассекреченных документах по делу Эпштейна Центром расследования стала группа чиновников, включая министра культуры СССР Георгия Александрова, члена-корреспондента АН СССР Александра Еголина, его заместителя Валентина Кружкова и других. По данным следствия, они посещали подпольный притон, организованный писателем и драматургом Константином Кривошеиным в его московской квартире и на даче в подмосковной Валентиновке. Здесь, согласно материалам дела, завлекали студенток философско-филологических факультетов, балетных и театральных училищ, обещая помощь в карьере — поступление в вуз, роли в театре или кино. Среди участников использовалась специфическая терминология: «диссертация» обозначала девушку, «защитить диссертацию» — совратить её, «написать рецензию» — продать услуги кому-то из номенклатуры. По некоторым источникам (например, воспоминаниям историков и публикациям в «Коммерсанте» от 2005–2010 годов), среди вовлечённых были несовершеннолетние первокурсницы и школьницы-абитуриентки, но официальные документы (протоколы ЦК КПСС и прокуратуры) не подтверждают этот факт напрямую — это скорее слухи и предположения, распространённые в поздних публикациях. Фактчек показывает, что в архивах упоминаются в основном студентки вузов, а возраст не уточняется. Сергей Лавров прокомментировал причастность РФ к скандалу с «файлами Эпштейна» Скандал всплыл после анонимного письма в ЦК КПСС от матери одной из девушек, просившей спасти дочь. В прокуратуре нашли ещё одну жалобу — от Зинаиды Петровны Лобзиковой, инструктора по культуре исполкома Пролетарского района Москвы. Она утверждала, что её дочь Алина, студентка балетного училища, попала в притон Кривошеина: он пообещал карьеру в Большом театре через связи с министром культуры. Александров якобы передал девушку Еголину, и Алину удерживали на даче силой, что привело к психическому расстройству. После заявления на Лобзикову напали, и через две недели она скончалась в больнице. Этот эпизод подтверждён в исторических исследованиях (например, в книге «Секреты Кремля» А. Артёмова и публикациях РИА Новости), но детали нападения остаются спорными — возможно, совпадение или преувеличение. Никита Хрущёв, только что укрепивший власть после смерти Сталина, инициировал расследование, которое длилось несколько месяцев. Фактчек на основе протоколов ЦК (доступны в архивах РГАНИ и публикациях в «Историческом вестнике») подтверждает: дело рассматривалось на бюро Московского горкома, где Хрущёв лично допрашивал фигурантов. Оттуда пошло название «дела гладиаторов» — после ответа Еголина на вопрос Хрущёва: «Александров молодой, понимаю, а ты зачем?» — «Я ничего, я только гладил». В файлах Эпштейна упоминаются 27 городов России − есть ли среди них Уфа? Наказания были жёсткими, но не уголовными для большинства: Кривошеин осуждён на 8 лет за спекуляцию антиквариатом и валютой (не за сводничество напрямую, как подтверждают судебные документы). Александров сослан в Минск в Институт философии АН БССР, Еголин и Кружков понижены и высланы в регионы. Никто, кроме Кривошеина, не получил тюремный срок. Расследование было закрытым — советские граждане о нём не знали, и дело не попало в прессу. Некоторые историки (например, в работах Ф. Чуева и публикациях в «Новой газете») предполагают, что скандал мог быть частично сфабрикован для устранения сторонников Георгия Маленкова, главного конкурента Хрущёва. Александров был близок к Маленкову, и чистка помогла Хрущёву укрепить позиции. Фактчек подтверждает политический контекст: 1955 год — пик борьбы за власть, и подобные дела использовались для кадровых перестановок. В итоге, хотя «дело гладиаторов» не было систематической сетью вроде «острова Эпштейна», оно иллюстрирует случаи коррупции и морального разложения в советской элите. По архивным данным, это не единичный инцидент, но масштаб преувеличивать не стоит — официально зафиксировано как эпизод, а не сеть.
