Стальные каски, ставшие одним из символов Первой мировой войны, появились в российской армии значительно позже, чем у союзников по Антанте. Несмотря на доказанную эффективность такой защиты, массовое снабжение войск началось лишь в 1916 году. В первые годы войны солдаты большинства европейских армий носили фуражки, кепи и другие головные уборы, практически не защищавшие от осколков. С переходом к окопной войне резко выросло число ранений головы, вызванных артиллерийским огнем и шрапнелью. Одними из первых проблему решили французы, приняв на вооружение каску «Адриан». По оценкам военных специалистов того времени, использование стальных шлемов позволило значительно сократить количество тяжелых ранений головы. Вопрос о снабжении российской армии касками активно продвигал военный агент во Франции генерал Алексей Игнатьев. Он направлял в Петроград доклады о французском опыте и добивался закупки защитных шлемов для русских частей. Согласно воспоминаниям Игнатьева, Николай II скептически отнесся к новым каскам, посчитав, что они ухудшают внешний вид солдат. Однако историки отмечают, что задержка была связана не только с этим. Существенную роль сыграли бюрократические процедуры, нехватка металла, ограниченные производственные мощности и зависимость от зарубежных поставок. Летом 1916 года Россия все же разместила крупный заказ на французские каски «Адриан». Однако до конца года в войска поступила лишь часть необходимого количества. Одновременно велась разработка отечественного шлема, известного как каска М17 или каска Сольберга. Революционные события 1917 года и последовавший кризис сорвали планы по массовому оснащению армии. В результате большинство российских солдат так и встретили конец войны без стальных касок, которые к тому моменту уже стали стандартом для многих армий Европы.
