ProUfu.ru пообщался с жителями наиболее часто затапливаемых уфимских микрорайонов – Нижегородки и Кооперативной поляны и публикует с их слов правдивые истории о житье-бытье во время наводнений.
В канун паводка в этом году каждое домовладение в потенциально затапливаемом районе навестили представители МЧС, пересчитали домочадцев, включая стариков, беременных и младенцев, и проверили наличие лодок. И каково же было их изумление, когда помимо разнокалиберных резиновых, деревянных и моторных лодок, некоторые аборигены уверенно называли в качестве средств передвижения по воде заборы, плоты, катамараны и надувные матрасы.
В личных архивах некоторых уфимцев, оказавшихся в разные годы вблизи зон затопления, возможно, остались снимки аборигенов, парочками рассекающих водную гладь на катамаране, который был загодя "позаимствован" в ближайшем парке. Причем мужчина во время водной прогулки потягивал из бутылочки какой-то напиток, а женщина держала в руках букет свежесорванной сирени или черемухи. И это только один эпизод из жизни "водоплавающих" обитателей затопляемых районов башкирской столицы...
1979 год
«Лично я по паводку даже немного скучаю, - разоткровенничался с нашим корреспондентом житель Кооперативной поляны Анатолий Сергеев (имя и фамилия изменены – ред.). – Теперь нас затопляет редко, раз в 10 лет. А раньше, помню, еще когда я был подростком, в 70-ые и 80-ые годы прошлого века, с водохранилищами была напряженка, так что нас затапливало пусть не каждый год, но раз в пять лет, как минимум.
В 1979 году, пока большая вода неуклонно приближалась к нашему дому, нас с младшей сестренкой с вечера уложили спать на чердаке - благо, весна была скорой и теплой, из-за чего половодье так бурно и нахлынуло. Мы воспользовались жутковатой обстановкой и полночи рассказывали друг другу страшилки, пока не сморил сон. А вскоре нас уже разбудили родители, потому что воды в доме стало уже по колено, и она продолжала быстро прибывать. Мы пересели в лодку и поплыли к дому бабушки с дедушкой, который стоял на пригорке и пока пребывал в относительной безопасности.
Имущество, конечно, пострадало - благо, родители успели самое ценное убрать на чердак. Собаки и кошки объявили перемирие и довольно мирно уживались на одной крыше, правда, в разных ее концах. Куры уместились на чердаке сарая, а более солидной скотины у нас не было. Соседи, державших свиней и корову, соорудили для них помост в сарае, чтобы не доставали до воды.
Пока вода в течение двух недель окружала нас со всех сторон, мы ощущали себя почти дикарями на необитаемом острове: при свечах, с керосинкой, без электричества, без тепла, без телевизора и радио, не говоря уже про телефоны. Питьевую воду успели предусмотрительно накачать в нескольких 50-литровых флягах, старались расходовать ее максимально экономно. Макарон, гречки, тушенки, сгущенки, сухарей и тому подобных продуктов тоже накупили заранее. Этим и питались. На сушу выбирались в основном только за хлебом - в магазин, который перебазировался на дамбу, к мосту. Родители были в отпуске, нам в местной школе устроили каникулы, порой возникало ощущение, что во всем мире про нас вообще забыли.
Основным нашим развлечением было катание на лодке по затопленным улицам. Особым шиком у ребятни считалось подплыть поближе к чужому забору на моторке и потом как можно резче завести ее с места, так что столбы забора выскакивали из размякшей земли и всплывали. Но этим можно было заниматься только без родителей. А когда мы плавали в их компании, то прогулки превращались в достопочтенный «променад». Знакомые приветствовали друг друга, проплывая мимо, обменивались местными новостями.
По вечерам мы всей семьей восседали на крыше и лузгали семечки, рассматривая проплывающие мимо сортиры, заборы, гаражи и двери и пытаясь угадать, кому они принадлежали ранее и успеют ли прежние хозяева спасти своем имущество, прежде чем более шустрые конкуренты выловят его и распилят на дрова.
Все пацаны считали крутым занятием купание в мутной воде, хотя родители за это жестко наказывали, ведь вода смывала с различных свалок бог весть какой вредный мусор. Но уследить за шпаной было слишком сложно. Так что родителям оставалось только наказывать нас, мальчишек, если мы появлялись дома с посиневшими после купания губами. Чтобы этого не случилось, мы после купания загорали на лодке и появлялись домой только после того, как обсохнем и согреемся. Но родители все равно догадывались про купание по мокрой одежде.
Мы с приятелями пробовали несколько раз половить рыбу на удочки с крыши, но так ни разу ничего и не поймали, хотя другие ребята хвастались, что вытаскивали чуть ли не щук. Думаю, что они привирали.
Моя сестренка в детстве мечтала стать циркачкой. И мы нередко всей семье со смехом наблюдали, как наша 6-летняя "артистка" скакала по широкой доске, которую положили между крышей сарая и перилами веранды, воображая себя канатоходкой. Доску эту от воды отделяли всего каких-то полметра, сестренка умела плавать, так что мы особо не переживали, что она могла упасть в воду. Когда вода ушла, оказалось, что доска возвышается над землей почти на два метра. Помню, я предложил сестренке повторить «канатоходские» номера, которые она нам показывала во время наводнения, но он с ужасом отказалась.
Когда вода ушла, начались суровые будни. Школа тоже изрядно поплавала, так что занятия возобновились там не сразу, а недели через две-три после отступления стихии. Дома пришлось поработать – надо было помогать родителям наводить порядок на участке и главное – приводить в нормальное состояние дом. Почти половину лета, пока стены в нашем доме высыхали, мы прожили у бабушки с дедушкой, которые нас баловали и помогали скрыться от родителей, если те хотели призвать нас «на трудовую вахту». К счастью, сделать ремонт в доме помогли коллеги отца из стройконторы, тогда были другие времена, люди умели поддержать друг друга. А полученной страховки за промокшее имущество едва хватило на краску и обои».
2001 год
36-летняя жительница уфимского микрорайона Нижегородка Тамара Макарова (имя и фамилия изменены – ред.) призналась, что лучше всего запомнила наводнение 2001 года. Оно оказалось насыщено целой чередой забавных ситуаций.
«В день, когда пришла вода, я ушла на работу по сухой дорожке, точно зная, что до дома придется уже добираться, как минимум, по колено в воде. На работе рассказала, что меня ждет вечером, и тут, на мое счастье, мой начальник – заядлый охотник, сказал, что у него в багажнике лежат болотные сапоги, которые он может мне одолжить на время паводка. Он даже довез меня до моей остановки и не без удовольствия наблюдал, как я, задрав юбку, влезла в высоченные сапоги 46 размера и, подцепив их края, побрела к своему дому. Дом наш стоит на возвышении, так что лодка пока еще не была спущена на воду, и встретить меня вплавь родственники не могли.
Вода в тот год к нам в дом не зашла. Не хватило буквально 30 см до уровня пола, так что, в отличие от соседей, чей дом стоял в низине, мы жили, почти как нормальные люди, спали в кроватях, а не на чердаке.
Мой младший братишка, как и другие пацаны, нашел себе подработку – подвозить на лодке за 10-20, а то и за 50 рублей (в зависимости от времени суток и погоды) местных жителей до дома. Но однажды, когда я сама вернулась из города домой, дозвониться до братишки по телефону не смогла. И поплыла домой на лодочке соседского мальчугана лет 12-и, сторговавшись с ним за 20 рублей. В тот день единственный раз за все паводковые годы состоялось мое «водное крещение».
Мы подплыли почти к самом крыльцу нашего дома, и я собралась выскочить из лодки, когда юный «гондольеро» вдруг зачем-то двинул веслами. Лодка покачнулась, я потеряла равновесие и рухнула в воду с головой. На шум выскочили родственники и помогли мне выбраться из воды на ступеньки крыльца. В процессе спасения я потеряла одну туфлю и очки с носа. Неудачливый юный извозчик тем временем уже активно работал веслами метрах в ста от нашего дома, благоразумно не став требовать с меня плату за проезд.
Переодевшись и смыв с себя опилки и прочий мусор, обильно плававший вокруг нашего дома, я вышла на крыльцо и как сестрица Аленушка присела на ступеньку, мысленно оплакивая свою красивую туфельку-утопленницу и новые очки с диоптриями, без которых чувствовала себя неполноценным человеком. То ли в шутку, то ли всерьез мама посоветовала помолиться водяному, чтобы он вернул мои утопленные вещи. Чем я собственно и занялась, горестно вздыхая каждую минуту.
И вот не прошло и пяти минут, как случилось чудо! Сначала из-под крыльца выплыла каблуком вверх моя туфелька. Я схватила ее и, прижав к груди, не веря своему счастью, робко попросила водяного для полного счастья вернуть мне еще и очки. И тут из-под крыльца на фанерке выплыли очки!
С тех пор я взяла за правило не доверять незнакомым водителям ни на суше, ни на воде, потому что, как говорится, на водяного надейся, а сам не плошай».
А вы знаете интересные истории, связанные с наводнением?
