У учителя может быть два класса, несколько десятков учеников, родительские чаты и тетради, которые нужно проверить дома. К этому добавляются подготовка мероприятий, фотографии для отчетов, сообщения от родителей поздно вечером и дополнительные поручения. В какой-то момент обычный рабочий день перестает помещаться в расписание.
20 июля 2026 года в России подписали указ № 498 о дополнительных мерах поддержки учителей. Среди них бесплатное посещение государственных и муниципальных музеев, юридическая помощь, наставничество для начинающих педагогов и другие гарантии. Но сами учителя говорят прежде всего о повседневных проблемах: низкой оплате, перегрузке, нехватке материалов и конфликтах с родителями.
Педагоги покупают необходимое для уроков за свой счет, тратят вечера на отчеты и не всегда понимают, по каким правилам им начисляют премии. А зарплата может заметно различаться даже у учителей с похожей нагрузкой — в зависимости от региона.
Музеи вместо реальной поддержки
Указ закрепил за учителями право на бесплатное посещение государственных и муниципальных музеев не реже одного раза в месяц. Также документ предусматривает бесплатную юридическую помощь по вопросам педагогической деятельности, трудовых прав и социальных гарантий, наставничество для тех, кто впервые приходит работать в школу, и бесплатное пользование электронными образовательными ресурсами, созданными за бюджетные средства. Отдельно говорится о поддержке здоровья учителей и присвоении звания «Ветеран труда» педагогам с общим стажем не менее 25 лет.
Екатерина В. работает в школе 10 лет и к музейной льготе относится без особого энтузиазма. Она работает в три смены и признаётся, что почти не видит детей дома. «Все мои мысли о том, как содержать семью и как дотянуть до зарплаты, а не о культурном просвещении. Лучше бы дали скидки на лекарства, бесплатные путёвки или нормальные выплаты», — говорит учительница.
Екатерина обращает внимание и на разницу в доходах. По её словам, за два класса, 34 часа и два классных руководства она получает около 50 тысяч рублей. Ещё примерно 25 тысяч приносит ежедневное репетиторство. При этом её знакомая в Москве за одну ставку без дополнительных занятий получает 120 тысяч. «Как в регионах выживать на базовую ставку в 30 тысяч — я просто не понимаю», — говорит она.
Для учителей важнее не отдельная льгота, а условия, в которых можно работать и жить: понятная оплата, компенсация расходов, медицинская поддержка и защита в конфликтных ситуациях.
Когда родители переходят границы
Анастасия Е. рассказывает о конфликте, с которым столкнулась молодая учительница из другой школы. Мать четвероклассника регулярно приходила перед уроками, кричала на педагога и оскорбляла её из-за оценок и замечаний в дневнике. На встречи с администрацией родительница не являлась, но продолжала писать претензии в чатах. После очередного скандала учительнице приходилось буквально за несколько минут собираться и идти вести урок.
Анастасия вспоминает и другую историю — о конфликте с матерью двух школьников. Учительница пыталась разобраться, почему дети перестали выполнять домашние задания, и предложила подключить школьного психолога. Мать восприняла это как вмешательство в семью: начались оскорбления, жалобы директору и в надзорные ведомства. Позже выяснилось, что дети подвергались насилию дома. Учительница в итоге ушла из школы в репетиторство.
Эти случаи не означают, что все родители ведут себя подобным образом. Но они показывают, насколько уязвимым может оказаться педагог, если школа не помогает урегулировать конфликт. Серьёзные претензии должны разбираться с участием администрации, а не через внезапные визиты в класс и оскорбления в переписке.
Работа не заканчивается после уроков
Родительские чаты стали ещё одной частью рабочего дня. Анастасия Е. рассказывает, что вопросы могут касаться самых бытовых ситуаций: сколько раз ребёнок чихнул, почему его не сопроводили в туалет, почему он не поел или где потерянная вещь. От педагога ждут быстрых ответов, даже если рабочее время давно закончилось.
К сообщениям родителей добавляются школьные чаты в MAX и «Сферуме», просьбы пересылать информацию, голосовать за инициативы и публиковать фотографии с мероприятий. В некоторых школах учителей просят поддерживать активность в группах, чтобы учреждение не попадало в «красную зону» по показателям.
В школе, о которой рассказывает Анастасия, с 1 января 2027 года к каждой оценке в электронном журнале будет необходимо прикреплять фотографию письменной работы. Учительница считает это неудобным:
«У детей может не быть интернета или доступа к телефону, а пользоваться гаджетами на уроках запрещено. В итоге фотографировать работы, вероятно, придётся учителям».
Отдельная обязанность — снимать школьные мероприятия и занятия для групп и социальных сетей. После уроков учителю остаются не только проверка тетрадей и подготовка к следующему дню, но и сообщения, фотографии, документы и новые поручения.
Школьные расходы из своего кармана
Дарья К. приводит пример из школьной практики: двум педагогам в выходной поручили подготовить занятие для младших школьников к приезду высокопоставленных гостей. Сценария и материалов не дали. Учителя сами придумали программу, изготовили макеты, распечатали задания и потратили около трёх тысяч рублей на необходимые материалы. Когда они попросили возместить расходы, им предложили обратиться к родителям. Компенсации они так и не получили.
Подобные траты возникают и в обычной работе. Для уроков нужны бумага, мел, картриджи, канцелярия, материалы для поделок и наглядных пособий. В некоторых школах не хватает учебников на весь класс, и педагогам приходится искать дополнительные экземпляры или подходящие электронные версии. При этом условия в разных учреждениях отличаются: где-то всё закупают централизованно, а где-то часть расходов ложится на учителя.
Если школа поручает провести мероприятие или подготовить занятие, она должна обеспечить педагога необходимыми материалами либо компенсировать расходы. Иначе дополнительная работа оплачивается не только временем, но и личными деньгами учителя.
Дополнительная работа — за небольшие деньги
Дарья К. рассказывает о выпускном для пяти параллельных классов начальной школы — примерно 175 детей. Учителя несколько месяцев писали сценарий, распределяли роли и репетировали с детьми. Приходилось задерживаться в школе до семи-восьми вечера и отказываться от другой подработки. За несколько месяцев подготовки педагоги получили премию около двух тысяч рублей. Четверо из пяти учителей уволились, в том числе сама Дарья.
Ещё один пример — занятия с ребёнком на домашнем обучении. Учителю предлагали трижды в неделю ездить к ученику домой на несколько часов. Доплата составляла около пяти тысяч рублей в месяц, проезд не компенсировали. В итоге желающих взять такую нагрузку почти не нашлось: после всех расходов на дорогу от доплаты практически ничего не оставалось.
Дарья также говорит о практике привлечения учителей к проведению ЕГЭ. По словам педагогов, рабочий день организатора начинается в восемь утра, хотя экзамен стартует в десять, а оплачивают только время его проведения. Ставка, о которой рассказала учительница, — 75 рублей в час. Однажды из-за технического сбоя ей пришлось оставаться в школе до вечера. Она провела в школе 9 часов, из которых заплатили только за 4. Дарья вспоминает и случай коллеги, которая восстанавливалась после инсульта, но всё равно получила назначение организатором в аудитории. После объяснения состояния здоровья её перевели в коридор.
Зарплаты и премии: правила не всегда понятны
Даже при похожей нагрузке доходы учителей могут заметно различаться. Зарплаты в разных регионах рассчитывают по-разному, поэтому средний показатель по региону не всегда отражает, сколько педагог получает за одну ставку: в него могут входить дополнительные часы и надбавки.
Екатерина В. сравнивает свой заработок с доходом знакомой из Москвы. По её словам, учителям в регионах нередко приходится брать дополнительные часы и заниматься репетиторством, чтобы зарабатывать больше. В итоге одна и та же профессия может давать совершенно разные финансовые возможности.
Не меньше вопросов вызывают премии. Виолетта Г. приводит пример из своей школы: к Новому году одни сотрудники получили около 40 тысяч рублей, другие — всего три тысячи. При этом учителям не объяснили, по каким критериям распределили выплаты.
В другой раз педагог после полугода работы получила по оценочному листу около двух тысяч рублей. Многие её достижения не засчитали, а о том, какие результаты учитываются при начислении премии, стало понятно лишь после окончания периода. Учителя хотят заранее знать критерии и понимать, на какое вознаграждение могут рассчитывать за дополнительную работу.
Похожая неопределённость, по словам педагогов, возникает и с профсоюзными взносами. Формально вступление в профсоюз добровольное, но отказ от участия может означать потерю некоторых преимуществ. Учителя хотят понимать, какие выплаты и сборы обязательны, а какие остаются делом личного выбора.
Что можно изменить
В других странах используют разные способы снизить нагрузку на педагогов. В Англии учителям государственных школ выделяют не менее 10% учебного времени на планирование, подготовку и оценивание работ. Во Франции действует право отключаться от рабочих цифровых инструментов после окончания рабочего времени. В Сингапуре предусмотрен профессиональный рост не только по административной линии: учитель может развиваться как преподаватель и эксперт, не уходя в руководство.
Эти примеры не означают, что за рубежом у педагогов нет проблем. Но они показывают, что часть трудностей можно решать организационно: выделять время на подготовку, устанавливать границы для рабочих сообщений и создавать возможности для профессионального роста без увеличения нагрузки.
Поддержка начинается не с удостоверения
Бесплатное посещение музеев, юридическая помощь и наставничество могут быть полезны. Но сами по себе они не решают проблем, о которых говорят учителя: перегрузки, непрозрачных премий, нехватки материалов, неоплачиваемых обязанностей и давления со стороны родителей.
В первую очередь педагогам нужны понятные правила оплаты, компенсация расходов, достаточное количество учебных материалов, разумная нагрузка и возможность не быть на связи круглосуточно. Поддержка начинается не с удостоверения или разовой льготы, а с условий, в которых учитель может спокойно проводить уроки и не оплачивать школьную работу собственными деньгами.
Читайте также
- Хабиров обновил состав Минпросвещения Башкирии
- «500 тысяч – это прям классно»: сколько должен зарабатывать мужчина в Казани
- Девять тысяч иностранцев из 50 стран: кто едет учиться в Башкирию