Во время и после Афганской войны страна столкнулась с санкциями, нефтяным эмбарго, дефицитом товаров, пустыми полками в магазинах. Уфимский экономист Всеволод Спивак рассказал, можно ли ожидать подобной ситуации сейчас. – Так ждут ли нас пустые полки, как после Афганистана, ведь тогда тоже СССР столкнулся с санкциями и нефтяным эмбарго. Как следствие, в стране начался страшный дефицит? – Тогда ситуация была немного иная, поэтому я не стал бы сравнивать нынешнее положение дел с тем, что наблюдалось после Афганистана. Тогда, во-первых, экономика была больше переориентирована на выпуск продукции военного назначения. Во-вторых, производство было менее эффективно в потребительском секторе. В то время мы вынуждены были покупать огромные объемы сырья. И когда подошли к 1984-1985 годам, очевидной стала ситуация в одну сторону: цены на наш основной экспортный продукт – нефть – резко упали, а стоимость пшеницы, которую мы в больших количествах тогда импортировали, резко выросла. И получилось так, что экономика, можно сказать, погибла. Когда пришел Горбачев, после исследований выяснилось, что лишь 16% советских продуктов народного потребления соответствуют тем стандартам качества, которые уже стали обыденными на Западе. Поэтому, думаю, что мы идем к отставанию, но та стартовая точка, которая была при вводе наших войск в Афганистан, – это разные вещи. Пусть сейчас и сжатый рынок, и ограниченная конкуренция, но у нас открыты границы – как для людей, так и для большей части товаров. Поэтому я бы не стал пока еще сравнивать эти ситуации. Схожесть в том, что как и тогда, основной продукт – это углеводороды. – Недавно мы видели пустые полки и очереди, был дефицит мяса кур, яиц, с бензином также недавно произошла похожая ситуация. Постигнет ли эта же участь еще какие-то товары? – Конечно. Сейчас ключевая ставка составляет 16%, то есть новые кредиты могут давать по 16-20%. Это означает, что инвестиции в сложные психологические процессы (производство, сельское хозяйство) на свободном рынке становятся бессмысленными. Брать по 20% кредит, чтобы за пять лет отбивать 4 котлеты, смысла нет. Соответственно, это приводит к тому, что рынок не дополучает средств на текущее обновление и развитие парка. А это в свою очередь приведет к тому, что все будет неизбежно разваливаться. Это как ткань, которая изнашивается и потом случайно рвется (допустим, если зацепил за гвоздь). Но причина не в гвозде, а в том, что она изначально была изношена. Хроническое недоинвестирование в будущем, конечно, будет приводить к тому, что возникнут множество недофинансированных отраслей. Как это будет проявляться? Сейчас мы видим, что потихоньку изнашивается рынок лайнеров, та же ситуация с продуктами птицеводства… – Говорят, что с начала нового года будет повышение налога на добавленную стоимость (НДС). Так ли это? – Я гадать не буду, но правительство, конечно, любым способом будет искать возможности увеличения ресурсов для финансирования текущих проектов. К примеру, мы с вами видим, что в проект на 2024 год заложено увеличение штрафов как источника пополнения бюджета. Мне кажется, дальнейшее увеличение НДС будет вредить экономике. – Говорят, хотят повысить зарплаты бюджетникам, поднять МРОТ. Получается, налоговая база тоже вырастет, это ведь тоже поступления в бюджет… А значит, можно будет и НДС поднять? – А за счет кого люди будут больше получать? – За счет бизнеса. И бюджета тоже. – Бизнес повысит МРОТ, зарплаты будет платить, и ему одновременно налоги повысят еще, да? Формально, НДС – это не налог на бизнес, а налог на покупателя. То есть фактически все равно обидно. Получается, если повысят минимальную зарплату, люди будут больше зарабатывать. Но за счет кого? За счет бизнеса. Но бизнес – это не люди разве? – Может, у бизнеса есть еще какие-то прибыли? – Если так, то получится, что в одном месте отнимут, в другом – будут давать за счет дотаций, льготных ставок финансирования… В результате возникает перекошенная структура экономики. – А если какой-то бизнес будет загибаться, получим пустые полки? – В случае, если бизнес будет работать, пустые полки вряд ли появятся. В этом случае вопрос: сколько будут стоить продукты на этих полках? Значит, будет дорого продавать. Если бизнесу позволят работать, он найдет способ обеспечивать страну едой. Вопрос в том, сколько еда будет стоить, и все ли смогут себе ее позволить? – Если цены ограничит ФАС, например? – Значит, тогда полки будут пустыми. Рынок должен сам расставлять цены за счет спроса и предложения, если, конечно, нет ситуации монополии, олигополии. Если где-то возникает убыточная прибыль, значит, она обусловлена отсутствием должной логистики или производства. Соответственно, в данном случае убыточная прибыль является платой за убыточные инвестиции. Попытка искусственно ограничить цены приведет к тому, что какие-то цепочки производства будут недофинансированы. Через некоторое время это выльется в деградацию производства. И это уже глобально. – Сколько есть времени до этого момента? – Пока еще цены не ограничили – это раз. Чтобы говорить о том, что станет все плохо, нужно иметь в виду, что у бюджета есть много ресурсов для рефинансирования текущих. На год-два точно, даже при нерациональном использовании. У нас достаточно низкая кредитная нагрузка и инфляция для того, чтобы позволить печатать деньги, госкомпании… Поэтому резерв еще есть. Если не будут делать глупости, пару лет смогут не допустить скатывания экономики в хаос, а может, и дольше. – Можно сказать, что у нас уже плановая экономика? – Нет. Хотя уровень вмешательства государства в экономику растет, но она еще не плановая. – И людей тоже не хватает. Хотя безработицы вроде как нет, но найти сотрудников тяжело на ту зарплату, которую бизнес может предложить. – Происходит смещение государства, у которого есть первоочередные задачи: обеспечение нужд СВО. Ему неважно, по каким ставкам нанимать людей, соответственно, оно переманивает их у частного бизнеса, который не может с ним соперничать и вынужден, условно говоря, конкурировать с Китаем. – Вырастут ли цены на дешевые продукты, которые выбирает основная часть покупателей? Не ждет ли нас дефицит хлеба, например? – Нет, не ждет. Цены будут расти, и это нормально. Ранее мы говорили с экономистом о том, ждут ли нас пустые полки и дефицит товаров, как после Афганистана. В России скакнули цены на яйца и курицу, а ранее много раз повышали цены на бензин.
