«Сёла вымирают, там живут единицы». Почему в Башкирии стремительно сокращается сельское население?

В редакцию нашего издания обратился парень из Аскинского района Башкирии, который рассказал о том, что села в районах республики стремительно пустеют – жители едут в города и за пределы Башкирии в поисках лучшей жизни. Вот что нам рассказал наш собеседник.

– Я родился в маленькой деревне Аскинского района, и с детства понимал, что буду жить в городе. В итоге, переезд и учеба в университете, в Екатеринбурге. Сначала было неловко в городе. Это выглядело донельзя карикатурно – когда ты не знаешь простых вещей, к которым приучены городские дети.

Окончив университет, я вернулся на малую Родину, работал в маленьком фирме у себя в райцентре, но недолго – уже через полгода переехал в Уфу. Почему? В первую очередь, это общение и культурные возможности: сходить в театр, в кафе – в райцентре всего этого нет. Я как человек, проживший в городе уже четыре года, просто не смог вернуться к сельскому быту.

Переезжают ли из районов в города? Вопрос изначально неправильный. Не переезжают, а ищут работу. Люди, как я наблюдаю, уезжают, в первую очередь, в поисках работы. В моем Аскинском районе ситуация такова – 60% моих сверстников работают на вахтах, 30% в городах, даже не всегда в Башкирии, и, наверное, 10%, остаются в районе. То есть значительная часть остается, но работает не дома, – рассказал Фаниль, наш собеседник.

В 2024 году из республиканской госпрограммы комплексного развития сельских территорий стало известно, что за два года сельское население Башкирии сократилось на 26 тысяч человек. Из документа следует, что на начало 2023 года сельское население Башкирии составило 1,5 млн человек. С 2020 года число сельских жителей сократилось на 26 тысяч, и его доля составила лишь 37,7% от населения республики. Создатели документа отметили, что сельские территории в Башкирии сталкиваются с серьезными проблемами, такими как недостаток инфраструктуры, высокий уровень безработицы и бедности, а также проблемы с доступностью качественной питьевой воды.

Стало известно, насколько сократилось сельское население Башкирии

Мы пообщались с экспертом нашего издания, экономистом Рустемом Шайахметовым о том, в чем причина миграции населения из сел в города, каковы масштабы, чем она грозит, и что нам с этим делать.

Деревни пустеют?

Происходит отток людей из деревень. Всегда есть и обратная миграция, но в целом, здесь можно говорить о том, что уезжают больше, чем приезжают. И, допустим, приезд в Уфу. Вот непосредственно всё. Во многом он компенсирует естественную убыль населения. Есть понятие естественного движения населения: рождаются дети и умирают. Либо прирост населения естественным путём, либо естественная убыль. Так вот, дело в том, что Уфа и вообще все города, и население в принципе, если посмотреть (по-моему, за исключением двух-трёх муниципальных районов, это Бурзянский район, если я не ошибаюсь, и Уфимский район, плюс-минус) — характеризуются естественной убылью. И когда уезжает из села народ, и прибывает, в основном, в город, например, в Уфу, то за счёт миграционного притока Уфа увеличивает своё население. Только за счёт него.

Куда уезжают из деревень?

В основном уезжают либо за пределы республики, либо в города. У нас достаточно большая миграционная убыль населения. Башкирия в XXI веке является донором других, более успешных территорий, чем мы. И уезжает коренное население. Если мы посмотрим, кто приезжает на постоянное место жительства и уезжает, то увидим данную картину.

Сложно определить, куда уезжает больше людей, потому что можно смотреть только отдельно внутрирегиональную миграцию и межрегиональную. Но в целом, где-то, процентов 70 — это внутри Башкирии, а 30 – за её пределы.

Всё равно, сельских жителей притягивают больше наши города, но опять, надо смотреть по территориям. Допустим, северо-восток больше уезжает в прилегающие регионы. То же самое касается Зауралья. То есть, если уезжают, то уезжают больше в Челябинск, Оренбург, Магнитогорск. Также надо учитывать, что, допустим, Абзелиловский район – это фактически пригород Магнитогорска. Там даже находится аэропорт Магнитогорский. Там достаточно комфортно многим живётся, потому что некоторые оттуда ездят на работу в Магнитогорск. Как, допустим, из Уфимского района, Чишминского района, Иглинского. Численность населения Иглинского района значительно увеличилась. Особенно сильно увеличилось население Уфимского района, но оно увеличилось только за счёт Уфы. Если мы посмотрим, те, которые приезжают, как правило, работают не в этих районах, а в Уфе.

Причины миграции

Прежде всего, среда обитания, доступность к социальным услугам, которая достаточно неплохая, допустим, в Уфе. По сравнению, допустим, с Белокатайским или с Караидельским районами, у них значительно хуже эта доступность. Допустим, в Караидельском районе есть населённый пункт Кирзя, в 100 километрах от райцентра, Караидели. Можете представить, если у человека заболел зуб? Нужен врач, сколько ему надо будет добираться туда-обратно? Зуб-то болит. Человек потеряет целый день на то, чтобы туда добраться, получить услугу и вернуться. Тем более, зачастую, врачей в этих поликлиниках нет. Аналогичная ситуация с образованием – во многих сёлах дети вынуждены ездить в школы на автобусах. А так как у нас дороги во многих вот этих отдалённых районах крайне плохие, то и доступность образования низкая – когда заметёт дороги или будет грязь, то как добираться? Это проблема доступности.

Далее – это зарплата. В некоторых районах зарплата в два и более раз ниже, чем в Уфе. Вот просто сразу. И отсюда уже и проистекает всё остальное. Поймите правильно, хоть мы и говорим, что в деревне меньше расходов, в определённой мере там меньше тратятся на общественный транспорт, в кино реже ходят, тем не менее, деньги – это деньги.

И самое главное – это самореализация. Вот представьте: закончили вы школу, допустим, в Белокатайском районе. И где дальше работать? Можно пойти механизатором. Это хорошая работа. Но зачастую это плохо оплачиваемая работа, особенно на удалённых территориях. А самое главное, что многие не хотят так работать, и потребности такой зачастую нет. В удалённых районах у нас безработица. Дело в том, что сельские территории слабо дифференцированы. Там в основном сельское хозяйство, плюс бюджетная сфера. В бюджетной сфере, включая госслужащих и муниципальных служащих – там зачастую трудоустроены до половины работающих.

А теперь возникает вопрос – а чем тогда заниматься? Когда мы в юности, нам хочется чего-то интересного, креативного. Это было всегда, во все времена. Быть механизатором было круто в тридцатые годы прошлого века. Сейчас кто-то хочет быть оператором БПЛА, кто-то хочет реализовывать себя в креативной индустрии, кто-то — в качестве инженера-программиста, в IT-технологиях. И ну где у нас в сельских территориях эти возможности? Этих возможностей нет. И поэтому молодёжь уезжает.

В итоге, у нас падает рождаемость на сельских территориях, потому что бабушки не рожают, правильно? А молодёжи нет. И кстати, если мы посмотрим по гендерному соотношению, в некоторых районах мужчин репродуктивного возраста где-то в полтора раза больше, чем женщин. Это Аскинский район в частности. И даже если суммарный коэффициент рождаемости в сельской местности выше, чем в городе, то если просто некому рожать – это большая проблема.

Многие районы за 15–20 лет сократились на четверть, на треть, многие сёла уже опустели, там живут единицы. Это тоже вот одна из проблем. То есть у нас происходит такое сжатие, что в сельской местности, особенно в отдалённых территориях, живёт всё меньше и меньше населения. Вот, если брать кратко, основные условия.

Уезжает только молодежь?

Ну, вот представьте: человек в возрасте шестидесяти-шестидесяти пяти лет, да? Даже 55 лет. Он на рынке труда не востребован, правильно? Значит, ему и работать там, где он себя уже начал реализовывать, где он уже работает, и смысла ему уезжать нет. Хотя многие уезжают, особенно, вот, учителя даже в возрасте. К примеру, если в других регионах предлагают учителю достаточно высокую зарплату, многие соглашаются на переезд. Особенно это касается Санкт-Петербурга, Москвы, иди чего далеко ходить, Татарстана.

Но в основном, конечно, более активна молодёжь, потому что они ещё не обросли корнями, их не так много держит на земле. Мы говорим, что надо, чтобы человек учился, получил высшее образование, стал учителем. В Санкт-Петербурге ему предлагают зарплату 120 000, в Москве 150, а в каком-нибудь удалённом районе 35. Куда он поедет? Это же риторический вопрос. Работая там, он будет и жить, и заводить семью, детей. Может быть, постарается, и привезет своих родителей. Это реже бывает, но некоторые переезжают.

Особенно, кстати, если мы возьмём наши большие города, то многие уфимцы переезжают уже в пожилом возрасте в Москву, пользуются там льготами, потому что там куча выплат, куча поддержки для населения пенсионного возраста. И там качество жизни для них лучше, потому что, чтобы посетить врача, нужно меньше усилий прикладывать, чем в Уфе.

Внутренняя миграция – это зло?

Ну, в принципе, мы не должны прямо трястись, что в какой-то деревне должны жить люди. Мы должны прежде всего исходить из того, чтобы людям жилось хорошо там, где они хотят. И если кто-то не хочет жить в том или ином населённом пункте, мы же его не загоним.

В мире давно уже используется термин «управляемое сжатие». Небольшие населённые пункты не в состоянии себя обеспечить. Во многих странах, в европейских странах, реализуются программы опорных населённых пунктов, вокруг которых формируется агломерация. У нас сейчас население концентрируется в райцентрах или других доминирующий населенных пунктах. Если мы посмотрим, то в Дуванском районе два центра, где идёт прирост населения, и, сам по себе, Дуванский район – достаточно благополучный на северо-востоке по сравнению с другими.

Нам надо запускать программы вот такого «управляемого сжатия», всем должны быть доступны услуги. Но чтобы программы были нормальные. То есть, в районе должно быть несколько таких агломераций, к которым была бы достаточно лёгкая транспортная доступность для получения большинства услуг – здравоохранение, культура, обучение. Надо смотреть и формировать транспортную структуру под это. Надо не тащить дороги в каждый населённый пункт, а надо сформировать такую транспортную систему, которая обеспечивает доступность для большинства населения. Это позволило бы экономить бюджетные средства и формировать достойное качество жизни, которое позволит, в целом, снизить миграционный отток населения.

У нас сейчас пытаются размазать масло по всему куску хлеба, а вот этого масла у нас очень мало. Я говорю про бюджет. Надо сконцентрироваться прежде на городах и населённых пунктах, которые имеют определённый рост и возможности развития. А у нас, к сожалению, большинство населённых пунктов не имеет устойчивого развития по рабочим местам. А у нас 160 000 жителей нашей республики работают за её пределами.

Это касается не только вахты. Допустим, из Абзелиловского района человек ездит в Магнитогорск. Из Салаватского района куда-то в Челябинскую область. В принципе, такая трансграничная миграция — это не так страшно, но их не так много. Вахтовым методом ездят не только в Сибирь, на Дальний Восток. Точно такой же способ работы есть в Уфе. Ну, есть агломерации, то есть каждый день возвращаются, а есть которые уезжают, образно говоря, живя где-то… в понедельник уехал или там вечером в воскресенье и приезжает только в пятницу. Таких тоже много.

Из городов в деревни тоже мигрируют

Есть пожилое население, которое возвращается из пределов республики. Это прежде всего касается Сибири, да? То есть у нас очень много в Западной Сибири, допустим, пенсионного возраста. Да, таких много. И некоторые, допустим, в Уфе поработав, возвращаются на свою малую родину, прожить там, где родился, закончить там свою жизнь. Такое есть, но в целом их не так уж много.

Ну, в основном, если мы посмотрим по возрастной миграции, больше приезжает в возрасте, а уезжает больше молодёжь. Это да. Это, кстати, касается и в целом Башкирии. Если мы посмотрим, из Башкирии больше уезжает молодёжь, а приезжает больше пожилого населения.

Уезжают из-за цен на жилье

Уфимский район и Иглинский район — это прежде всего доступность жилья. Но проблема в том… У нас, если взять многоквартирные дома, то за последние пять лет объём вводимой площади сократился более чем в два раза с 2020 года. А сейчас всё больше и больше индивидуального жилищного строительства. Квадратный метр в частном доме, он значительно дешевле и более доступен. И площади совершенно другие. Стоимость дома в Иглинском районе ниже, чем цена квартиры в Уфе, даже если это Черниковка или Дёма. Многие покупают жильё в районах, и миграция туда тоже идёт.

Прирост населения в Иглинском и Уфимском районах больше, чем в самой Уфе. Проблема в другом, что там идёт хаотичная застройка, и остро стоит проблема с обеспечением детскими садами, здравоохранением и остальным. В основном, это для тех, у кого есть автомобиль. Там без автомобилей никак. У нас Башкирия, особенно Уфа, вообще в лидерах по автомобилизации. В России, в Москве число автомобилей на душу населения в полтора раза меньше, чем у нас. Вот такая вот статистика.