пришлите новость


«К чему весь этот фарс?!»: репортаж антиваксера из красной зоны ковид-госпиталя в Уфе

15:25, 07 декабря 2021

Как уверяют врачи, все умершие в инфекционке Зубово не были привиты от коронавируса

«К чему весь этот фарс?!»: репортаж антиваксера из красной зоны ковид-госпиталя в Уфе
Фото: из личного архива Светланы Гафуровой

Уфимский журналист Светлана Гафурова не раз становилась объектом шуток за свое нежелание вакцинироваться, и даже прослыла в медиапространстве антиваксером.

– Я стала сомневаться в вакцинации с того момента, как многие мои знакомые провакцинировались и тяжело переболели ковидом после этого, – говорит она.

На днях Гафурову, как ковид-сомневающуюся, пригласили на экскурсию в инфекционный госпиталь в Зубово.

О том, с чем столкнулась Светлана в инфекционной клинике – в этом материале.

«Живыми назад уже не выходят»

Согласиться на экскурсию в зубовский ковид-госпиталь меня подтолкнули сообщения, что заболевшие ковидом попадают туда на лечение, но якобы живыми назад уже не выходят. Год назад в клинике Зубово скончался Сергей Спатар, руководитель пресс-службы РЖД. Совсем недавно уфимский поэт Сергей Янаки сообщил на своей странице в Facebook, что заболел ковидом, и уезжает в ковид-госпиталь с поражением легких в 20%. Живым он оттуда уже не вернулся.

На мой вопрос, от чего люди умирают в ковид-госпиталях, ответила знакомая врач Тамара Ахметжанова:

– Представь себе замкнутое помещение, где не разрешено даже открывать окна и проветривать: ручки сняты. В этом замкнутом пространстве находятся пациенты и с отрицательным, и с положительным тестом. Лечение для всех абсолютно стандартное: гормоны, антибиотики, антикоагулянты. В тяжёлых случаях больных кладут под ИВЛ, где зачастую лёгкие просто сгорают или разрываются. Так лечат даже беременных женщин с простым ОРВИ и ставят им диагноз – ковид. За каждого пролеченного ковид-пациента идёт большая надбавка.

Я была готова к провокациям и лжи. И прекрасно понимала, что меня как антиваксера позвали якобы ткнуть носом в действительность. Но у меня была своя задача: задать вопросы непосредственно медикам, чтобы развеять некоторые мифы. Мне удалось это сделать.

 «К чему весь этот фарс?»

К назначенному часу я приехала в Зубово. Там уже были корреспонденты местного телеканала и главный коммунист республики Юнир Кутлугужин, как позже выяснилось, непривитый по медотводу, и потому также попавший в ряды антиваксеров.

Нас переодели в совершенно страшные противочумные костюмы: на ногах бахилы, на руках – две пары резиновых перчаток. На голове шапочка и капюшон, на лице маска и очки. Все щелочки замотали скотчем. Было очень некомфортно в таком костюме. Жарко, душно, нечем дышать…

Забегая вперед, расскажу, что мой снимок в этом наряде у врача Тамары Ахметжановой вызвал недоумение:

– У пациентов уже от вида врачей в противочумных костюмах инфаркт случается от страха. К чему весь этот фарс? Все давно уже поняли, что ковид – не чума, и мы, врачи, ежедневно принимаем таких больных без всяких костюмов так же, как и в поликлинике! Только в ковид-госпитале сохраняют весь этот маскарад, может, потому что там совсем другие зарплаты?!

Но это было позже, а пока вернемся к экскурсии.

В полный рост.jpg

Переболели ковидом, но не умерли

Собственно, в «красную зону» и в реанимацию нас повели с одной целью: показать, как мучаются и умирают не вакцинированные больные. В палате реанимации мы увидели двух человек.

Мужчина лежал под кислородной маской без чувств, а пожилая женщина была в сознании. Она рассказала нам, что больна онкологией и лечится здесь вот уже три месяца. Всего в реанимации на тот момент находилось 27 человек.

Тем временем мозг и тело плавились от духоты и от увиденного.

По ходу экскурсии я призналась, что засомневалась в вакцинации после того, как многие мои знакомые провакцинировались и тяжело переболели ковидом.

– Но не умерли же! – воскликнула стоящая рядом Айгуль Галиева, заместитель главного врача.

«Умерли 9,8 % больных от числа поступивших»

Как рассказали главный врач госпиталя в Зубово Азат Мухаметзянов и его заместитель Айгуль Галиева, инфекционный госпиталь рассчитан на 400 коек. В день экскурсии там находились 230 больных, из них 27 человек – в реанимации.

Медики признались, что госпиталем гордятся:

– Мы показали возможность за короткий срок построить целый комплекс из легковозводимых конструкций, который позволяет принимать, лечить, и выписывать, причем лечить эффективно при соблюдении всех санэпидрежимов, создавая при этом комфортные условия как для персонала, работающего в сложных условиях, так и для каждого пациента, оказавшегося в непростой ситуации, потому что для каждого заболеть такой болезнью – это испытать, в первую очередь, и стресс, и панику, и страх.

Со дня открытия госпиталя в Зубово пролечилось более 15 тысяч человек. Летальные исходы тоже были.

– 9,8% больных умерли от количества поступивших. Летальность на уровне общероссийской, в принципе, везде такая тенденция, – рассказали медики. – Летальность происходит за счет сопутствующих заболеваний. И, в основном, все умершие были не вакцинированными. Почему мы и говорим, что все-таки вакцинация позволяет спасти жизнь. Мы не говорим, что вакцинация спасает от заражения. Но чтобы не умереть, надо вакцинироваться. Это наше стопроцентное убеждение!




Тут я вспомнила слова Проценко из Коммунарки (Денис Проценко — российский врач анестезиолог-реаниматолог). Он утверждал, что многие погибают из-за того, что подхватывают какую-либо внутрибольничную инфекцию, попадая в ковид-госпиталь. Противоречить Проценко зубовские врачи не стали:

– Внутрибольничная инфекция всегда была и будет, потому что мы находимся в закрытых условиях, у всех пациентов своя микрофлора, и особенно в реанимации, где используются инвазивные методы лечения и трубки. Это инфекции, связанные с оказанием медицинской помощи.

Виновато самолечение

Врачи в Зубово признаются: бывают случаи, когда для борьбы с выявленными у пациента штаммами трудно подобрать лечение. Виной тому бесконтрольное лечение антибиотиками в начале заболевания.

– Как нам их лечить? Эти же антибиотики применяются и у нас в госпиталях. В начале третьей волны мы стали призывать не использовать антибиотики без контроля врачей. Сейчас таких пациентов становится меньше, – говорят медики. – Мы же определяем чувствительность к антибиотикам в баклаборатории, и только после этого назначаем препараты.

В основном, говорят врачи, при ковиде страдают легкие. Но поскольку сейчас любая пневмония считается потенциально вирусной, и антибиотики против нее не эффективны, поэтому применяется совсем другая тактика лечения.

13 временных рекомендаций

Пациентов в Зубово лечат по протоколу, обозначенному во временных методических рекомендациях Минздрава РФ. Они основаны на анализе международной практики лечения коронавирусной инфекции, анализе передовых результатов исследования клинического наблюдения, и постоянно обновляются.

– Если раньше брюшной тиф и холеру мы изучали столетиями по книгам, то сейчас появилась возможность быстрого обмена мнениями по интернету. И можно делиться результатами клинических исследований. Так, за короткий срок у нас появилось уже тринадцать временных рекомендаций, по которым мы лечим, обследуя больных, – говорят в ковид-госпитале.

Восстановление может длиться год

Как говорят в зубовском госпитале, излечение пациентов с поражением легких более 90 процентов – процесс длительный:

– Легкие – это же не печень. Печеночная ткань быстро регенерирует, а легочная – медленно. При высоком поражении восстановление длится до шести месяцев, а при стопроцентном поражении – до года.

Нежелательный эффект возможен, но врачу нужно доверять.

Очень многие люди, по моим наблюдениям, погибают под аппаратом ИВЛ. У меня есть знакомые, причем даже еще вполне молодые и крепкие, которые ушли из жизни под аппаратом ИВЛ. В Зубово рассказали, что искусственная вентиляция лёгких – обязательная часть лечения при коронавирусе.

– Когда легкие повреждены на 100%, дышать самостоятельно человек не может. В этом случае скорость доставки кислорода в организм и воздействие на воспалительные процессы специальных препаратов регулируют реаниматологи, – говорят зубовские врачи. – Эти препараты имеют побочные нежелательные эффекты. Но всегда должен быть контакт пациента с врачом и доверие пациента к врачу. При лечении мы используем гормональные препараты, антикоагулянты, потому что сосуды воспалены и возникают микротромбы, и антибиотики в последнюю очередь.

С кислородом, говорят в Зубово, проблем нет. Все больные получают его через кислородные концентраторы. В госпитале установлены два газификатора. И правительство Российской Федерации выделило 192 миллиона рублей для установки концентраторов кислорода еще в шести госпиталях республики.

в ренимации.jpg

Два вида доплат за ковид-больных

Вопрос астрономических доплат, которые медики получают за лечение коронавирусных больных, я тоже задала.

– Говорят, что за каждого пролеченного ковид-больного врачи получают очень хорошую доплату, их зарплаты исчисляются в 200–300 тысяч рублей. Люди уверены, что врачам выгодно диагностировать ковид даже при обычном ОРВИ. Это правда?

– Как это может быть выгодно врачам, если мы не можем диагностировать заболевание без подтверждения в едином реестре. Врачи все-таки дорожат своими дипломами, – возмутились медики. – Доплаты есть, потому что затраты по лечению ковид-больных очень большие. Препараты, блокирующие цитокиновый шторм, очень затратные. И врачи работают в таких тяжелых условиях! Еще учтите и моральные факторы, когда мы видим и летальные исходы. Это каждый раз трагедия, эмоциональное истощение. Есть доплата федеральная. Есть доплата региональная. Доплаты за ковид с самого начала введены Президентом Российской Федерации.

Вместо послесловия: все хорошо, прекрасная маркиза!

Конечно, нам показали образцово-показательное больничное заведение, оснащенное по последнему слову медицинской техники. Казалось бы, как здесь не благодарить правительство. Все хорошо, прекрасная маркиза, да и только.

Но вечером мне пришло сообщение от моего друга Русхана Гиндуллина.

– Я находился в Зубово 10 дней, и знаю все изнутри, – писал он. – В ковид-больнице в Зубово не лечат, а наблюдают и по разработанной методике проводят терапию. Выздоровление людей зависит от состояния организма человека, его хронических заболеваний: выживет не выживет.

Русхан рассказал, что попал в Зубово вместе с 69-летней мамой. У обоих была температура в пределах 38,5–39 градусов и поражение легких 20–28 процентов.

– Четыре дня мы лежали в соседних палатах, – рассказал Русхан. – Её просто наблюдали и назначили стандартное лечение. На четвёртый день маме резко стало хуже. Увезли в реанимацию. ИВЛ, исскуственная кома. Шесть дней в реанимации, в итоге вывели из комы, она чуть-чуть пожила и умерла. Считаю, что специалисты ковид-госпиталя лечат без учёта хронических заболеваний пациента. Всё это я описал не для того, чтобы кого-то наказать, а для того, чтобы на этом примере произвести корректировку системы лечения больных ковидом с хроническими заболеваниями.


Мнение автора может не совпадать с мнением редакции


Если вам понравился материал, поддержите нас донатами. Это просто и безопасно.

ПОДЕЛИТЬСЯ











последние новости



Загрузка...

© Права защищены. 2021

Яндекс.Метрика