пришлите новость


Один башкир на миллиард татар. Часть III. Азат Бердин о скрытом интервью Юлдаша Юсупова, тептярях и микропереписях

20:46, 10 ноября 2021

Член экспертного совета при Федеральном агентстве по делам национальностей РФ, директор Центра социокультурного моделирования Азат Бердин отвечает татарстанским ученым на их тезисы о башкиризации татар и татаризации башкир.

Один башкир на миллиард татар. Часть III. Азат Бердин о скрытом интервью Юлдаша Юсупова, тептярях и микропереписях

Первую и вторую часть дискуссии читайте в наших материалах:

Один башкир на миллиард татар: Азат Бердин о татарской «аквариумной историографии», северо-западном диалекте и «ляпах» коллег 

Один башкир на миллиард татар. Часть II. Продолжение дискуссии вокруг переписи населения

Манипуляция цифрами

Факт массового исчезновения башкир и фантастического прироста татар в период аномальной переписи 1989 года (журналисты прозвали ее «лигачевской») – безусловный. Интерпретации этого факта – вопрос уже дискуссионный, но, рассказывая об этом в интервью Пруфы.рф, я не ожидал, что кто-либо будет спорить с самим фактом.

Восстать против правил математики решился только главный научный сотрудник Института археологии им. А.Х. Халикова АН РТ Искандер Измайлов. Думаю, в надежде, что в цифры обычный читатель не полезет, а впечатление они придают солидное. Он заявил, что «Все прозрачно, как бутылочное стекло», «В действительности никакого «фантастического роста» не произошло. Для сравнения численность татарского населения в 1970 году увеличилась на 18,6%, а башкирского на 17,3%. Фактически в 1989 году произошло восполнение внезапного демографического провала 1979 года, когда произошло снижение численности татар».

Что ж, пойдем навстречу Искандеру Леруновичу, и сравним «Аномальную перепись» 1989 года с результатами не предшествующей, 1979 года, как положено (но г-ну Измайлову почему-то не нравится), а с 1970-го, который он приводит в пример. В 1970 году в Башкирии насчитали татар 944 507 чел. (25%), башкир – 892 248 (23%). А в 1989 году татар стало, неожиданно для всех, 1120702 (28%), башкир – 863808 (21%). То есть башкиры, будучи титульной нацией в республике, которая бурно развивалась и по ряду параметров уверенно обгоняла братскую Татарию, не только обошлись вообще без прироста за 20 самых благополучных лет в истории Советского Союза, но, наоборот, упали без всякой войны на 28440 человек. Это почти в два раза больше безвозвратных потерь всего СССР за 10 лет войны в Афганистане. Если же сравнивать, как положено, с предшествующей переписью 1979 года, то башкиры потеряли 72,1 тыс. человек, тогда как по стране в целом их число возросло на 78 тыс. человек, или на 5,7%.

Очевидно, обвальное сокращение башкир Измайлов считает процессом нормальным и правильным. Более того, выяснилось, что таковым его считают все ученые пула «Миллиарда татар». Ненормально и неправильно – это только если сокращается количество татар.

Искандер Лерунович, не нужно смотреть на ситуацию через, как вы выразились, «бутылочное стекло», она требует трезвого анализа обстоятельств.

О тоне полемики

Начнем с навязанного татаристами тона полемики. Башкирские ученые своих оппонентов из татарских националистов называют именно татаристами. То есть корректно. Именно так, как те САМИ СЕБЯ называют. Термин научный, введенный в историографию еще проф. М.З. Закиевым, патриархом казанской филологии. Однако их критики, включая профессоров АН РТ, обзывают своих башкирских оппонентов этномиссионерами, этномодельерами, этномародерами (вытесняющими в Татнете ранее распространенных «башистов») и т.д. Это у них в порядке вещей. Про общий тон не говорю: примеров слишком много. А казалось бы, взрослые люди.

Объяснение этому феномену у меня есть, оно хорошо вписывается в нашу концепцию башкиро-татарского симбиоза. Вкратце, публицисты и ученые, работая в дискурсе татаризма (татарского национализма) – а другого в РТ нет – в общем, строители татарской этнонации культивируют прежде всего именно ее историческую диаспорную составляющую. А для диаспорной субкультуры при споре характерно именно подобное: демонстрация виктимности, тоска по отсутствующей в национальном стереотипе брутальности, а также приписывание оппоненту собственной словесной агрессии: метод, который в народе описывается пословицей «На воре шапка горит».

Так, Искандер Измайлов пишет: «Судя по тону и дальнейшим разъяснениям, можно понять, что в Башкортостане перепись населения понимают, как некий вариант идеологической войны и национальной башкирской мобилизации. Отсюда военная лексика и неуемная задиристость». И следующий же фразой наглядно показывает, у кого на самом деле детская тяга к «военной лексике и неуемной задиристости»:

«Начинает свою войну Азат Бердин кавалерийским рейдом по историческим тылам, утверждая, что в 1939 г. в татары были записаны мишари и тептяри (27 тыс.), о чем якобы «писал Р. Кузеев еще в 1959 г.».

Понимаю, что башкир подсознательно ассоциируется у татаристов с войнами да кавалерийскими рейдами по тылам противника, но надо же как-то выходить из фэнтэзийного сознания. А поскольку Измайлов считает, что Кузеев не писал об обсуждаемой теме в 1959 году, придется привести цитату:

«Во многих районах республики живут тептяри – довольно многочисленная этнографическая группа. Она сложилась из представителей различных народностей – башкир, татар, чувашей, мари, мордвы и др. При переписи 1926 г. тептярей относили к той национальности, выходцами которой они являлись. Но свыше 27 тыс. тептярей не смогли более точно определить свою национальность. Их записали тептярями. Во время переписи 1939 г. все тептяри были причислены к татарам. Между тем тептяри различаются по особенностям языка и культуры. Проживающие в восточных и южных районах республики, в частности, по языку и культуре ничем не отличаются от местного башкирского населения, тептяри же северо-западной части Башкирии мало чем отличаются от окружающих их башкир, говорящих на татарском языке. Колебания при определении национальной принадлежности наблюдаются не только среди тептярей, но нередко среди некоторой части башкир и татар». Впервые опубликована эта статья Раиля Гумеровича в рамках разъяснительной кампании к переписи 1959 г. в газете «Советская Башкирия», а, точнее, 20 и 26 ноября 1958 г. Переиздана в собрании его научных трудов в 2015 г. Свободно доступна в Сети. Но не ищут оппоненты подтверждения своим словам. Потому что обладают единственно верной Татарской Истиной. Забывая, что именно о таковой говорил великий Габдулла Тукай

Тептяри: между башкирами и татарами

Читаем дальше. И снова удивляемся: «Но все дело в риторике и пафосе этого публициста. С ученым видом знатока он утверждает, что 27 тысяч тептярей «резко увеличили число татар» в 1927 году».

Я ничего не говорил в этом контексте о 1927 г. Вообще. Интернет позволяет легко проверить. Откуда это взял Измайлов – непонятно. Тем более, что перепись проводилась не в 1927, а в 1926 г. На самом деле я писал следующее: «После того как в 1939 году татарами были записаны все мишари и тептяри (в 1939 году в число татар вписали еще 27 тысяч последних тептярей, не пожелавших ранее вписаться в татары, на что указал в 1959 году известный этнограф Раиль Кузеев), это резко увеличило их число». Весьма благодарен г-ну Бахтияру Измайлову за то, что он помог мне сократить объем разъяснений, самостоятельно приведя свидетельства, как при переписях было строжайше предписано «твердо отграничить башкир от татар, мещеряков и тептярей». Вопреки мифам татаризма, сословием тептяри перестали быть не в 1917 году, а гораздо раньше, еще после роспуска Башкирского войска в 1865 году. Не несли они сословных прав и обязательств ни перед государством, ни перед башкирами, как ранее. Идентичность же часто оставалась именно тептярская. И встал вопрос, к какой советской нации их причислять. Один из ведущих отечественных востоковедов того времени Ахмет-Заки Валиди (сам, кстати, башкир из клана Суклы-Кай, чей дед был в сословии тептярей) твердо считал, что тептяри есть часть башкир. Но точка зрения Валиди после его эмиграции из России попала под жесткий запрет. И тем не менее даже в 1926 году перепись выявила 27 тыс. тептярей, не пожелавших записаться в татары. Однако их мнения более никто не спрашивал. Тептярей не стало, а записывать их предписывалось кем угодно, кроме башкир. Этот процесс отделения тептярей от башкир завершился к 1939 году и с тех пор соотношение башкир и татар стало в Башкирии примерно равным – до аномальной переписи 1989 года. Эти 27 тыс. упраздненных в 1939 году тептярей – это уже завершение процесса, лишь малая часть тех, кто ранее записывался башкирами и по мнению ведущего востоковеда России должен был влиться в них – не менее органично, чем влился вместо этого в советский татарский народ. Но история не имеет сослагательного наклонения, мы можем ее лишь констатировать. А потомкам тептярей самим выбирать, к какому из братских народов себя относить.

Тюрки, терзавшие татар

Остальные аргументы Искандера Измайлова разобраны при анализе интервью Бахтияра Измайлова: почему-то они совпадают друг с другом целыми страницами с точностью до запятой. И ошибки, и перлы идентичны. Впрочем, наверное, ничего удивительного, что отец с сыном не только мыслят, но и говорят буквально слово в слово. Однако не могу не привести глубоко оригинальную концовку Искандера Измайлова. Обращенную, очевидно, ко мне. Ее можно даже не комментировать, настолько хороша.

«Охота смертная избавиться от татар посредством их ползучей ассимиляции и прямого административного запрета именоваться «татарами», но участь горькая, поскольку их ждет полный провал и ничтожность их социокультурного моделирования. Сколько уже раз в полуторатысячелетней истории татар их пытались уничтожить, и тюрки, и Чингиз-хан, и Иван Грозный, – многие их терзали и давили, но татарская нация все пережила, все преодолела и превозмогла. И нет такой силы, которая бы сокрушила ее стойкость и силу духа. Единая и неделимая татарская нация была, есть и будет!»

Здесь прекрасно все, от полуторатысячелетней нации, Чингисхана и тюрок, угнетающих татар, до великолепного подражания одновременно речи Тараса Бульбы и тосту опереточного белогвардейца про «единую, неделимую Россию». Читая идеологов татаризма, зачастую сначала думаешь, что это – злая пародия. Но нет, они серьезно. Это не пародия, а такая специфическая традиция. Как письмо Айдара Халима королю Норвегии «Подарите нам айсберг».

Аргумент про микропереписи

К сожалению, из всей очень объемной риторики оппонентов серьезный аргумент я нашел только у Ильдара Габдрафикова, и это имеет свое объяснение. Дело в том, что Габдрафиков, при всей своей личной политизированности, в явление казанской «аквариумной историографии» не входит: он работает и печатается в Башкортостане. Соответственно, строже рефлексия, меньше ляпов.

Сначала Габдрафиковым выдвигался косвенный аргумент: процент татароязычных детей в школах явно превышал процент башкир по переписи 2002 года. Но он и не мог этот процент не превышать, поскольку на северо-западе РБ подавляющее количество башкир разговаривает не на литературном, а на северо-западном диалекте башкирского языка, они числились татароязычными башкирами, и, естественно, отдавали детей на уроки татарского языка. Габдрафикову объясняли это много лет в рамках научной полемики, и, кажется, объяснили – по крайней мере, последнее время он его не использует. Сегодня его пришлось сменить на другой аргумент: сравнение с данными микропереписей 1994 и 2015 годов показывает, что процент башкир и татар в них ближе к результатам Всероссийской переписи 1989 года, а не 2002 и даже 2010-го. Считаю, принять его во внимание – можно, в качестве контраргумента – не получается.

Во-первых, микропереписи никак не учитывают ни население с двойственной идентичностью, ни феномен северо-западного диалекта башкирского языка (так называемых «татароязычных» башкир). Для такой сложной ситуации, как в 4-миллионом Башкортостане, над которой этнополитологи бьются уже 40 лет, микроперепись 1 (одной) тысячи респондентов никак не может быть репрезентативной именно в этом аспекте, соотношения башкир и татар в РБ при существовании двойственной этноидентичности в совершенно определенных районах (что микроперепись просто не в состоянии учитывать).

Во-вторых, непонятно, почему микропереписи объявлены более объективным источником, чем сами переписи. Как раз перепись фальсифицировать несравнимо труднее – она осуществляется под многослойным контролем Центра.

Правда в том, что никаких механизмов «фальсификации» переписи 2002 года в науке не предъявлено. До сих пор. Так же, как, впрочем, и 1989 года. Все предположения носят косвенный и гипотетический характер – в том числе у Габдрафикова. Единственное основание: «мнение экспертов». С разбросом, для ученого просто скандальным: 100 тысяч! Нет, 150! Нет, 300! Простите, но когда теряются сотни тысяч граждан – это уже не наука. Потому-то доказательствами эти суждения не являются – иначе результаты переписи были бы просто аннулированы. Что 2002 года, что 1989-го.

Вернемся к вопросу: в чем физическая невозможность фальсификации микропереписей? Фальсифицировать их куда легче, чем обычные: мало кто вообще подозревает об их существовании. В том, что таких рычагов нет у башкирской стороны? Согласен, но это никак не отрицает таковую возможность со стороны татарской: общеизвестно, что татарские группы влияния нередко присутствуют в Центре в самых разнообразных областях. С возможностями влияния на процессы в этих отраслях в отдельных субъектах (прежде всего – Республике Башкортостан). Ближайший пример: по поводу ожидавшейся переписи филиал федерального, подчеркиваю, федерального телеканала «Россия 24 Башкортостан» взял интервью у уфимского этнолога Юлдаша Юсупова. Интервью было предельно корректным и получилось не просто популярным – в нем по сути, предсказана вся нынешняя переписная вакханалия с казанской стороны и содержался призыв к коллегам не опускать дискуссии между учеными вниз, в СМИ, и, тем более, в народ. Опровергнуть ни один из тезисов ученого в Казани не получалось.

Тогда в ответ на это интервью, вопреки призыву уфимского ученого, в своей передаче на него в совершенно хамской манере обрушился гендиректор телеканала ТНВ Ильшат Аминов (тот самый, в прямом эфире ласково приравнявший свою татарстанскую аудиторию к стаду баранов). Вообще без всяких доказательств, просто делая возмущенное лицо и что-то требуя у Радия Хабирова. Потом якобы последовал звонок сверху, из федерального менеджмента руководству канала Россия 24 Башкортостан – и передачу тихо убрали. Без всяких на то оснований. Хорошо, что мы успели сохранить эту запись – и предлагаем посмотреть всем желающим интервью «Об особенностях предстоящей Всероссийской переписи населения».


И сравнить с истерикой Ильшата Аминова.

Итак, если можно повлиять на политику федерального ТВ, почему нельзя влиять на формирование микропереписей? Для этого и подделывать ничего не обязательно: достаточно акцентироваться на определенных районах, а результаты интерпретировать, как общие для РБ. Либо на определенных ареалах в этих районах. Благо тысяча человек – это не сто тысяч и не четыре миллиона.

Уточнение терминов: аномальная перепись

Заметьте – и это важно для понимания – я не говорю, что микропереписи по РБ были фальсифицированы: более того, я так и не думаю: ненаучно называть их так без доказательств. Так, как это делал Габдрафиков по отношению к переписи 2002 года. Более того, я никогда не говорил это и по отношению к переписи 1989 года. Я называю и предлагаю называть эти переписи именно так, как мы можем доказать: аномальными. Пропажа более 70 тыс. башкир в переписи 1989 года – это аномалия. Перепись 2002 с массовым возвращением башкир и исчезновением татар – тоже аномалия. Объяснения им, причем противоположные – уже следующий этап. У меня самого они есть, но нет монополии на истину – потому что я ученый. Надо начать с начала, с правильной терминологии. Это не мелочь, это важно, потому что постепенно выводит нас из замкнутого круга вненаучной борьбы идеологий. И констатирует факт: где есть доказательства, а где они заменены собственными измышлениями националистически настроенных ученых с легкостью необычайной.

Габдрафиков: конструктивизм по-родственному

К сожалению, указанным замечанием про микропереписи серьезные аргументы Ильдара Габдрафикова исчерпываются. Остальное – это скорее идеология, которая начинает просто выходить за рамки академической науки. Например, эксперт аргументирует свое утверждение, «что Радий Хабиров, башкир по происхождению, не является националистом. Как мы знаем, его супруга – не башкирка, в его ближнем кругу достаточно много представителей русской и других национальностей. Все так, но татарская общественность при этом не должна ощущать себя второсортной. Она должна чувствовать свое соучастие в принятии управленческих решений. Пока же многие татары ощущают, что их ущемляют в праве на идентичность, что им административными методами пытаются навязать другую идентичность. Если какая-либо группа населения видит, что никак не влияет на принятие решений, это вызывает настороженность. Эти люди должны понимать, что управленческие решения принимаются для них». То есть отсутствие или присутствие в воззрениях человека (в данном случае – Главы РБ Р.Ф. Хабирова) идеологии национализма определяются экспертом по межнациональным отношениям (!) национальностью его супруги. Это далеко не первый случай аналогичной аргументации Габдрафикова, особенно странной для демонстративного сторонника конструктивизма. Так, оправдываясь за свое осуждение судом за участие в экстремистском проекте «Уфагубъ», запрещенном за разжигание межнациональной розни, доцент обосновывал: «Мне инкриминируют всего лишь один комментарий. … Но приписывать мне антибашкирские комментарии — это полнейший нонсенс. Поскольку я сам наполовину башкир — моя мама по национальности башкирка, то и писать нечто антибашкирское я не мог по определению».

Далее положение некой татарской общественности вообще без всяких на то доказательств объявляется экспертом «второсортным» с намеком на недостаточное участие в принятии решений. Притом, что в управленческом пуле РБ ряд ведущих мест традиционно занимают татары (так, в ближайшее окружение Радия Хабирова, по мнению политологов, входит Ринат Баширов, первый экс-заместитель руководителя администрации Главы РБ, работавший его главным советником еще в Кремле в 2009-2013 годах, выпускник Казанского финансово-экономического института), а процент татар во всех областях власти и бизнеса более чем внушителен.

Но и все эти недочеты – лишь частности. Более общая проблема заключается в системном искажении такими экспертами оценки конфликтной ситуации, причем на федеральном уровне. Причем я не об «Уфагубе», этом профессиональном провале Габдрафикова пятилетней давности. К сожалению, я вижу куда более актуальные примеры того, как эксперт сам способствует углублению конфликтности, именно в рамках переписной кампании, и беда здесь не в личностях, а в явлении, националистическом дискурсе. Но об этом нужно говорить отдельно.

Корреляции миллиарда татар

Однако, не удержусь от иллюстрации к вышесказанному, слишком мне понравилось простодушное объяснение, как делается наука в представлениях экспертного пула «Миллиарда татар». Вот как восприняты им исследования языковедов РАН Анны Дыбо или Юлии Норманской по северо-западному диалекту башкирского языка: «Арслан Минвалеев (сооснователь проекта). Еще появился какой-то третий ученый, из Москвы, который провел статистический анализ диалекта…Эльза Маулимшина. Я сама ученый, у меня больше 80 научных трудов, в том числе изданных за рубежом, по психологии, я писала диссертацию. Я вам под любую тему подведу любую статистику, сделаю анализ, как нужно. Когда говорят, что тот или иной момент вывели путем корреляции… я что угодно могу скоррелировать».

Действительно, они «что угодно могут скоррелировать», было бы задание. Вот только у ученых за пределами этого пула, в большом мире за стенками «аквариумной историографии», о науке несколько иные представления.

Если вам понравился материал, поддержите нас донатами. Это просто и безопасно.

ПОДЕЛИТЬСЯ











последние новости



Загрузка...

© Права защищены. 2021

Яндекс.Метрика