пришлите новость

Концерт в обмен на земли. История о том, как звездный «друг Хабирова» ищет золото в Учалинском районе

14:34, 24 сентября 2021

| c34689

Журналисты Пруфы.рф побывали на приисках супруги артиста Вильдана Яруллина и своими глазами увидели, во что превращаются окрестности деревни после золотарей.

Концерт в обмен на земли. История о том, как звездный «друг Хабирова» ищет золото в Учалинском районе

В Учалинском районе Башкирии разыгралась настоящая золотая лихорадка. Не так давно правительственная комиссия поймала за руку «черных копателей», которые самовольно захватили земли в деревне Уразово и превратили их в золотодобывающие карьеры.

Как выяснили журналисты Пруфы.рф, деятельность золотоискателей доводит до белого каления и жителей деревни Мулдашево, которая находится в том же районе. Но здесь моют золото не последние люди в республике – прямое отношение к золотодобывающим карьерам имеет народный артист Башкирии Вильдан Яруллин.

Мы побывали в Мулдашево и своими глазами посмотрели на прииски, а также на то, во что превращаются после золотарей окрестности деревни.

«Нигде не работают, только водку жрут»

До Мулдашево от Уфы 426 километров. Деревня затерялась на границе Учалинского района и Челябинской области. Сейчас там живут, по словам местных, 57 человек, самому молодому 60 лет, остальные в большинстве – глубокие старики. Трудоспособных трое или четверо, но, как говорят в деревне, особой тяги к труду у них не наблюдается:

– Нигде не работают, только водку жрут.

6.jpg

Деревня Мулдашево

Вырываясь из деревни, молодежь уезжает в Миасс (город в Челябинской области – прим. ред.), до него здесь всего 57 километров, а отчие дома приспосабливают под летние дачи.

Вопрос, почему уезжает молодежь, можно даже не задавать, достаточно окинуть взглядом унылые кособокие мулдашевские избенки. Из прелестей цивилизации здесь только телевизор и проводной телефон – то ли сотовым радиоволнам оказались не по зубам учалинские горы, то ли операторы посчитали нецелесообразным тащить базу в такую даль ради горстки умирающих деревень.

3.jpg

Клуб деревни Мулдашево

Из социалки в деревне – видавший виды клуб-развалюха, ставший по совместительству одной из претензий местных жителей к золотодобытчикам. Другая претензия – раскуроченные карьерами поля, оказавшиеся теперь непригодными для пастбищ и покосов. Но больше всего сельчан удручает тот факт, что золотоискатели водворились на мулдашевских землях вопреки их запрету.

Золотая лихорадка

Подъездные пути к деревне Мулдашево напоминают кадры из фильма про золотую лихорадку: на карьерах, разрытых прямо у дороги, копошатся экскаваторы золотодобытчиков, чуть поодаль зияют расковырянные, но не засыпанные, отработанные котлованы. Даже знаменитое озеро Драга, раскинувшееся в нескольких сотнях метров от деревни и зацепившее Челябинскую область, и не озеро вовсе, а затопленный водой карьер, где когда-то старатели намывали золото.

Как говорят местные, копают здесь все, кто только может. И не то, чтобы золотодобыча была делом прибыльным, – другой работы для деревенских здесь попросту нет. Если старателю повезет с участком, то работникам платят дорого-богато.

– До ста тысяч рублей зарплата доходит. У простых работяг – 70 тысяч. Для деревни это хорошие деньги. На таких карьерах и техника сильная, рабочих помногу, – охотно рассказывает нам мулдашевец, но на просьбу назваться пожимает плечами – дескать, а мне эта откровенность зачем?

Справка

Учалинский район очень любят золотоискатели: в реестре Российского федерального геологического фонда только в районе деревни Мулдашево числится 8 разрабатываемых месторождений.

Как говорит геолог Института геологии УФИЦ РАН Рустем Якупов, золото на Южном Урале начали добывать еще при Демидовых.

– Уральские горы постепенно разрушаются, процесс этот достаточно долгий – золоторудные месторождения были сформированы миллионы лет назад, – рассказывает Рустем Якупов. – Реки вырабатывают долины: они врезаются в коренные скальные породы и разрушают их. Материал разрушения реки выносят из гор – чем дальше, тем мельче размер осадочных частиц, – и отлагают его в виде песков, галечника и т. д. Золото очень тяжелое, далеко не переносится. Потому все реки, которые берут начало на Южном Урале, золотят. Месторождения золота бывают коренные и россыпные. Коренные месторождения самородного золота на Южном Урале часто находятся в кварцевых жилах. Их достаточно быстро нашли рудознатцы, и они были выработаны вручную еще до революции. Промышленным способом россыпные месторождения намывают специальными механизмами под названием драги.

Звездный бизнес

В Мулдашево прямое отношение к золотодобыче имеет народный артист Башкирии, директор ГКЗ «Башкортостан» Вильдан Яруллин. Об этом в этой деревне, и даже в соседней Мулдакаево, знает едва ли не каждый житель.

_DSC4883 копия.jpg

– Вы знаете, чей это карьер? – обращаемся мы к мужчине в фуфайке, указывая на котлованы за околицей Мулдашево.

– Говорят, Яруллина Вильдана, но документы на другого человека оформлены. Здесь [карьер], и еще за ним, где на прошлой неделе телефонный кабель оборвали – это один и тот же участок. Да вот только нету здесь золота, у них карта неправильная.

– А здесь [у Вильдана] много людей работает?

– Здесь не работают, а на свою шею…

– Проблемы нашли на свою шею?

– Конечно! С весны тут они. До этого работали в Петровском (месторождение Большая Иремельская россыпь находится в 2 км от западной границы Мулдашево – прим. ред). Там у них молодые ребята-мастера, в основном из Уфы, начальника участка тут нет.

«Только плохое ему не сделайте»

Вильдан Яруллин – народный артист Башкирии, директор государственного концертного зала «Башкортостан», руководитель студии «Караван-Сарай» и ее солист. Уроженец соседней деревни Мулдакаево. По сей день здесь у него живут мама и несколько родственников. Когда мы решили отыскать кого-нибудь из сельчан, кто мог бы рассказать о нем и карьерах, сходу попали во двор семьи родного брата матери Вильдана Яруллина, Рафаэля Уразова.

1.jpg

– У него [Вильдана] сын там работает, – говорит Рафаэль. И вдруг упавшим голосом спрашивает, – Зачем вам карьер нужен? Кому он нужен?

– Только плохое ему не сделайте, – спохватывается супруга Рафаэля, Римма. – И вообще, все нормально у них с лицензией! Зачем вы туда едете?

Тут из дома напротив во двор к Уразовым заходит моложавая женщина с суровым лицом. Становится ясно, что она по наши души, и мы ретируемся.

Как нам удалось выяснить, разработкой карьера в Мулдашево занимается компания ООО «Иремельбашресурс». По данным rusprofile.ru, она зарегистрирована 07.12. 2015 года, уставный капитал составляет 60 тысяч рублей.

В выписке из ЕГРЮЛ в качестве учредителей указано одно иностранное юридическое лицо и одно физическое лицо: Clever trip s.r.o. v likvidaci (Чешская республика) и Гульнара Рафилевна Яруллина. Основной вид деятельности «Иремельбашресурс» – «Добыча руд и песков драгоценных металлов и руд редких металлов».

С 3 декабря 2019 года «Иремельбашресурсом» руководит директор Гульнара Рафилевна Яруллина. По состоянию на 16.09.2021 есть решения налоговых органов о частичной или полной приостановке операций по счетам компании.

По данным Государственного кадастра месторождений и проявлений полезных ископаемых, россыпь, где ведется золотодобыча, называется «Нижне-Иремельская группа», лицензия на ее разработку выдана в 2017 году на 20 лет.

«Такие договоры я и сам могу напечатать!»

– Надо гнать их отсюда, – кипятится наш провожатый. – Весь покос нам кончали. В Петровском все вокруг перерыли, так и оставили все [ямы] за собой. Работают нелегально – женщинам показали какие-то договора, но такие договора я и сам могу напечатать! И поселку от них ничего нет: обещали клуб отремонтировать капитально, но ничего не сделали.

– Когда был Курбан-Байрам, старикам давали кульки – чай, там, печенье. Если бы еще хороший чай, – подхватывает супруга сельчанина.

Он с досадой хлопает дверцей нашей машины, и мы трясемся по грунтовке к клубу.

– Вы, может, все-таки скажете ваше имя? Как мне к вам обращаться?

– Я не боюсь, но они такие люди… – отмахивается наш проводник. Но имя все же называет, правда, просит не указывать в публикации.

Клуб торчит посреди села почерневшим от дождя монстром. Глядя на избенку, которая должна исполнять роль местного центра творчества, хочется передернуть плечиком и воскликнуть: «Какой ужас и хтонь!»: стекла в окнах разбиты, половицы на крыльце прогнили и развалились, на чердаке с выставленным окном гуляет ветер. Внутрь не зайти – на двери болтается висячий замок.

4.jpg

Клуб деревни Мулдашево

– О, закрыли. Настежь все было. Там внутри вообще страшно – потолок обваливается, – говорит провожатый. – В позапрошлом году обещали новый сруб поставить в клуб.

– Где сейчас все сельские мероприятия проводятся? Или ничего уже нет?

– Завклуб у нас мулдакаевский, если какие-то мероприятия – проводят там, у себя. Если к нам приезжают, мы здесь печку топим – весь клуб в дыму.

«Друг Хабирова, поэтому и не боится»

После клуба мы едем осматривать ближайший к деревне карьер – две заполненные водой ямы, разделенные для проезда насыпью. Согласно постановлению правительства «О проведении рекультивации и консервации земель», по окончании разработки карьеры следует рекультивировать – то есть засыпать, а сверху покрыть плодородным слоем почвы. Но пока тут рекультивацией не пахнет.

_1.jpg

– На Петровском они долго ковыряли? Два года?

– В июне начинают, до октября копошатся. Ничего они там, в основном, не нашли – сюда пришли. Сезон тут поработали – тоже ушли. Ничего не огорожено – человек или скотина пойдет и упадет.

– Как Яруллин сюда попал? Просто так пришел и копать начал?

– Он же, правда-неправда – друг Хабирова (глава Башкирии – прим. ред.), говорят. Поэтому и не боится, – наш провожатый понижает голос.

хабиров и яруллин2.jpg

Фото со страницы Вильдана Яруллина в Instagram

«Телефонный провод оборвали»

На втором карьере, где, по словам нашего проводника, велась добыча золота, за день до нашего приезда завершили рекультивацию. Пока машины возили грунт, оборвали телефонный кабель – вся деревня на несколько дней осталась без связи. Правда, к нашему приезду уже все починили.

_DSC4589.jpg

– Я им говорил, мол, смотрите, кабель там, – говорит наш проводник. – По правде говоря, их никто не предупредил, что он там – у них на карте не отмечено ничего.

– Вы куда-нибудь жаловались на это безобразие?

– Главе сельсовета постоянно звоню – ноль! Даже не приехала и не посмотрела. Пока телефон не оборвали. Забегала тогда.

«Это озеро было»

На третьем карьере мы видим базу золотоискателей – несколько жилых вагончиков, справа от них покоятся припаркованные грузовики, «буханка» и экскаватор. Слева, чуть поодаль, на кучах гравия орудует ковшом еще один экскаватор. Все это действо происходит на берегу ямы, заполненной мутной водой.




– Вон, видите, стоит возле березы [будка], где зеленая крыша – там моют. Сейчас «хвост», который оттуда падает, убирают, чтоб не загружал, – объясняет наш провожатый. – Это озеро было. Видите, что они сделали…

По словам нашего проводника, за три года на мулдашевских землях золотодобытчики успели разрыть шесть карьеров. Три мы посмотрели – отправляемся к четвертому.

Дороги между приисками аккуратно отсыпаны щебнем.

– Насыпь тоже они сделали?

– Да.

Плеяда траншей и холмы из чернозема

На четвертом карьере никого нет – ни людей, ни техники. Пейзаж удручает: представьте себе плеяду ям с бесформенными краями, которые соединены между собой протоками, заполненными водой. По берегам ям высятся холмы из чернозема, вперемешку с осколками породы, внешне напоминающей известняк.




– Так они вам всю долину изрыли? Какие траншеи оставили за собой…

– Я же говорю – наугад они работают. Например, берут [грунт], пробуют – нету [золота]. Дальше пошли. Пробуют дальше – немножко есть. Вот видите, здесь нету, значит, раз они ушли.

– Но ведь это они должны были за собой убрать?

– Конечно. Тут такие места были – черемуха, ягоды, вишня…

«Никто добро не давал»

Описать вид траншей на пятом прииске можно примерно так: словно кто-то уперся огромными рогами в землю и пропорол в ней рытвины в нескольких местах. Но, видимо, ничего интересного тут золотоискатели не обнаружили – разработку бросили, не доведя до уже привычных глазу карьеров, заполненных водой.

_DSC4683.jpg

На шестом карьере ведутся работы – на огромных отвалах щебня елозит экскаватор. Правее насыпи покоится драга, левее ждут команды два или три грузовика и легковушка.

_DSC4702.jpg

– Посреди поля такая яма! – не сдерживает эмоций наш фотограф, и бежит фотографировать прииск.

– Когда они начали тут ковырять, разрешение у народа спрашивали? – задаю я вопрос провожатому.

– Никто добро не давал! Сход был года три или четыре назад – люди все против высказались.

Но задержаться тут надолго у нас не выходит – со стороны прииска выезжает темный внедорожник, который раньше не было видно из-за деревьев, и двигается в нашу сторону.

– Вон они едут! Это брат Вильдана, – говорит наш проводник и дает водителю команду уезжать.

Земли в обмен на бусы

– Давно мы вас ждали! – такими словами встречают нас три местные жительницы, когда мы возвращаемся в деревню. – Такой бардак тут у нас – деревню нашу запустили! Мы и помощнице депутата по нашему району звонили, но никто ничего не делает.

11.jpg

Женщины замечают направленный на них объектив фотоаппарата и качают головами: нет, снимать не нужно.

– Ваш односельчанин сказал нам, что кому-то из вас разработчики показывали документы?

– Мне показывали, – подает голос женщина в вязаной шапочке. – Сын Вильдана показал нам бумаги и сказал: 10 гектар земли у нас оформлено. В документах указана была фамилия жены Вильдана – Яруллина Гульнара Рафилевна. Это в 2019 году было, когда Яруллин к нам с концертом приезжал.

– По какому поводу концерт был?

– Что мы должны разрешить у нас тут золото добывать. Но схода граждан не было, и разрешения им никто не давал.

Тут мне вспоминается похожая история, которая развернулась в Америке порядка пятисот лет назад, когда мореплаватели выменивали у аборигенов земли на стеклянные бусы. Но вслух я говорю другое.

– Вы пытались жаловаться главе района, например?

– Да не будут они разбираться. Говорят, Яруллин – друг Хабирова, и мы боимся: у нас ведь тоже дети, в Уфе работают, кто его знает…

«Я точно не знаю, когда подписали»

А вот дальше начинается неразбериха. На вопрос по телефону, оформила ли компания Яруллина «Иремельбашресурс» документы на землю, Залифа Абшагитова, глава Ильчигуловского сельсовета, к которому относится Мулдашево, отвечает, что с бумагами у них порядок:

– Я точно не знаю, когда подписали, но они нам документы показали. Это земля лесхоза, они через них оформили. Для этого согласие сельчан не нужно.

В то же время главный специалист-эксперт Минприроды Башкирии по городу Учалы Ильсаф Габдеев в разговоре с журналистом Пруфы.рф подчеркивает, что проблема у «Иремельбашресурса» именно с местными властями.

– Они с сельсоветом не согласовали [земли] до сих пор, – говорит Ильсаф Габдеев. – Там делается либо аренда, либо отвод геологический, но это именно со слов сельсовета. В отличие от них [«Иремельбашресурса»], соседние участки там нормально [добытчики] согласовали.

С этим же вопросом обратились в региональный Минлесхоз. Начальник отдела арендных отношений Эдуард Талипов отмечает, что не готов сходу ответить, и советует обратиться в ведомство с письменным журналистским запросом. Совету мы следуем – письмо редакции в ведомстве зарегистрировано за номером 11391.

Ситуацией на данном участке заинтересовались правоохранители.

– В настоящее время по данному участку проводят проверку контрольно-надзорные органы с привлечением специалистов администрации района и других ведомств. По результатам проверки вынесут соответствующее решение, – говорит глава Учалинского района Руслан Гилязетдинов.

В план проверки ситуацию в Мулдашево включили и в прокуратуре Башкирии.

Знаете больше? Есть информация, которой вы можете поделиться? Напишите нам

ПОДЕЛИТЬСЯ











последние новости



Загрузка...

© Права защищены. 2021

Яндекс.Метрика