пришлите новость

«Вот вы напишете, и нас выжигать начнут»: жители уфимской Архиерейки о строительстве кампуса над рекой Белой

11:45, 26 августа 2021

| c5440

О том, что могут лишиться своей собственности, уфимцы узнали из новостей

«Вот вы напишете, и нас выжигать начнут»: жители уфимской Архиерейки о строительстве кампуса над рекой Белой

На улице Тукаева в Уфе вот уже третий день царит уныние и тоска: в понедельник, 23 августа, власти явили миру проект студенческого городка «мирового уровня», который должен появиться рядом со стадионом «Динамо» к концу 2024 года. Разглядывая масштабы футуристических объектов кампуса, местные жители обратили внимание, что часть проекта – таунхаусы и дома средней этажности, приходится аккурат на то место, где сейчас находятся их владения – 15 частных домов. Хотя о выселении их еще не уведомляли, собственники сразу поняли, каких масштабов катастрофа свалилась на их головы. О том, чего они боятся больше всего и как им следует защищать свое жилье от «непредвиденных обстоятельств» в виде поджога – в нашем материале.

«Живем в состоянии собаки на сене»

Спроси любого в Уфе, какая достопримечательность находится на Тукаева, ответят без запинки – Белый дом. Улица славится идеально ровным асфальтом, обилием припаркованных иномарок и иллюминацией, которая сверкает разноцветными огнями по поводу и без.

Но такая феерия царит не везде: самое начало улицы, напротив бывшего завода имени Кирова, – сплошь частный сектор с «деревяшками» и бараками со всеми вытекающими. Встречаются тут и добротные дома из камня и кирпича, но такие пересчитать по пальцам. А чтоб и фасад был отделан материалами по последней моде, и вовсе один.

_DSC7240.jpg

– Видите, дом в каком состоянии, я даже обшить его не могу – руки опускаются! Вкладываться в него в состоянии «собаки на сене» я уже устал, – говорит собственник усадьбы Александр Ефимов.

Александр приглашает нас в дом, и мы удивленно замираем на пороге: просторные комнаты, евроремонт, отопление, канализация, водопровод. Все эти блага, которые горожанам кажутся само собой разумеющимися, супруги Александр и Елена сотворили своими руками.

_DSC7277.jpg

А от панорамных окон, из которых открывается чарующий вид на склон горы и реку, просто взгляд не оторвать.

_DSC7291.jpg

– Я здесь родился, этот участок еще моему прадеду принадлежал, – говорит Александр Ефимов. – А когда тут начали строить Белый дом (закончили стройку в 1979 году – прим. ред.), нам сказали, мол, дрова не заготавливайте, вас снесут. И в таком состоянии мы живем 45 лет! То нас ради гаража совминовского хотели снести, то ради парковки БГУ, потом – при подготовке к саммитам (в 2015 году – прим. ред.). И каждый раз извещения о сносе приносили.

Как признаются супруги, жить на чемоданах они уже устали – хочется уверенности в завтрашнем дне. И, несмотря на близость к центру города и шаговой доступности до работы, школы и спортсекции сына, Ефимовы, скрепя сердце, готовы попрощаться с усадьбой прадеда.




– Мы, наверное, уже даже и согласны на снос – хочется определенности, – с грустью говорит Елена. – У соседей дом на несколько хозяев, перед саммитами их квартиры оценили в 700 тысяч рублей – где сейчас можно купить жилье на эти деньги? Мы спросили, мол, есть ли у них планы на снос: «Да, планы есть: мы бомжи».

Шевчук мечтает жить в Архиерейке

Район, где власти собираются построить кампус «мирового уровня», в народе прозвали Архиерейкой, или Архиерейской слободой, потому что в начале XIX века самым значительным зданием здесь был дом архиерея. После революции в нем устроили детскую поликлинику, а затем снесли и построили Белый дом.

_DSC7401.jpg

Знаменитая фишка Архиерейки – ландшафт: дома здесь прилепились на косогоре, как ласточкины гнезда. 

Но если при взгляде сверху слобода может тягаться по красоте с Гагрой, то вид на селение снизу, с реки, более правдив: камни, грязь и кучи мусора. Жители домов в центре косогора вывозить его даже не пытаются – куда там еще и мусор тащить, если в гору приходится буквально ползти.

_DSC7462.jpg

– Зимой там просто с горки катаемся, там нет перил и свалка, – говорят местные.

Но сейчас тут – раздолье и свежесть: аномальный зной этого лета разбавляет прохлада с реки внизу.

– Шевчук сказал, что мечтает жить в Архиерейке, – мечтательно цитирует фотокорр Андрей. – Это я в каком-то его интервью прочитал.

«Все новое прячу – в квартиру»

Сейчас напротив домов, которые ради кампуса могут пойти под бульдозер, высится заброшенный 8-этажный корпус завода имени Кирова. Он тоже пойдет под снос. В середине же прошлого столетия на его месте были частные дома.

_DSC7341.jpg

– Быстренько их все посносили, взрывали, когда завод строили. Нас тогда еще всех переписали пофамильно – обещали расселить. И вдруг все остановилось, – вздыхает Людмила Владимировна. – Я тут 54 года живу, все красивое прячу, все думаю: в квартиру, в квартиру. Дед меня гоняет: «Я из этих чашек ни разу не пил, ты все прячешь».

_DSC7312.jpg

В Архиерейке родился супруг Людмилы и двое их детей.

– Отцу мужа эту землю дали в 1931 году. Первый дом сгорел, мы второй с нуля построили, тремя семьями – сын с дочкой и дочка с внучкой – так и живем. Площадь, конечно, небольшая – всего 60 квадратов.

Клочок земли возле дома Людмилы настолько мал, коряв и каменист, что огородничать она ездит на автобусе на участок в 12 километрах от Уфы. Сопротивляться сносу дома она, сказала, не будет: в глубине души надеется, что это поможет решить квартирный вопрос сына и дочери, да и их с дедом на улице застройщики не бросят.

«Ключевое слово – таунхаусы. Для кого они?»

Дом на соседнем с Людмилой участке – многоквартирник на троих хозяев, постройки прилеплены друг за другом паровозиком, эдакий Ходячий Замок Хаяо Миядзаки.

_DSC7324.jpg

– Этот дом 1919 года постройки. Моя квартира начинается отсюда, – Андрей Полянцев показывает рукой на дверь в середине «паровозика», – и проходит под всем этим домом. Квартира на двух уровнях: внизу был полуподвал, сейчас он изношен настолько, что теперь там склад-гараж и холодно, зимой аж пар изо рта. Пока живем в теплой части – 16 квадратов.

Андрей рассчитывает, что на сумму, которую выручит за снос своего жилья в Архиерейке, ему удастся закрыть ипотеку. Но серьезных денег ему ждать не приходится – собственность оформлена только на квартирку.

_DSC7339.jpg

– Проблема тут в чем – с 2015 года землю тут не дают узаконить, а стоит она по 1,5 миллиона рублей сотка, – говорит Андрей. – Тут еще место такое, что власти давно уже на него глаз положили. Про кампус я прочитал, что здесь планируется среднеэтажное жилье для научно-профессорского состава, студентов. И ключевое слово было – таунхаусы. Для кого они? Вопрос на миллион долларов.

Как признается Андрей, с городскими властями он готов бодаться до последнего, и если компенсация за дом не будет адекватной, пойдет в суд.

«Все дома как один сгорят»

Больше всего жильцы «домов под снос» боятся, что к ним начнут применять «санкции» для ускорения съезда.

– Вот вы сейчас про нас напишете, и выжигать нас начнут! В это воскресенье, в 11 вечера, уже помойку подожгли. А там газовая труба – ее аж вывернуло всю, – тревожится Григорий.

Деревянный двухэтажный дом, где в отдельной квартире Григорий живет с супругой, дочерью и сыном, рассчитан на пятерых хозяев. Причем кукуют в хибаре 1917 года постройки не все собственники – по словам соседей, одни держат квартиру как раз таки в расчете на компенсацию при сносе.

_DSC7404.jpg

– Взрывная волна пойдет, все дома как один сгорят, – подхватывает супруга Григория. – Лучше пусть вор зайдет – у меня стены останутся. Страшно! У меня ребенок школьник, дома целый день один.

Обезопасить избенку от пожара доступными средствами собственники тоже не могут:

– Нас никто не хочет ни страховать, ни камеры ставить, – говорят жильцы.

Как признался Григорий, если их дом подожгут, податься с семьей им будет совершенно некуда.

«Хотелось в нормальных условиях пожить, да уже не интересно»

Единственная, кто не хочет съезжать из родной квартиры, – Людмила Герасимук

_DSC7400.jpg

И даже несмотря на то, что ее жилплощадь больше напоминает конуру: сразу за входной дверью – крохотный захламленный «предбанник» с малюсенькими оконцами, дальше – «предбанник» побольше, а за ним – собственно комната на 20 квадратов, главное украшение которой – здоровенная кирпичная печь.

_DSC7432.jpg

– Раньше дом дровами обогревали, недавно ребята себе отопление провели, ну и мне заодно, – говорит Людмила Ивановна. – Дружно живем с соседями, как семья. Мыться я в баню к ним хожу.

Несмотря на отсутствие удобств, при слове «переезд» бабушка грустнеет на глазах:

– Не хочется мне трогаться уже. С 1961 года я тут живу, а мне 85 лет. Хотелось мне когда-то в нормальных условиях пожить, да уже не интересно – устала ждать.

«А почему я должен продавать свою родину?»

На презентации в правительстве, где демонстрировали проект кампуса, руководитель администрации главы Александр Сидякин подчеркнул, что проблем со строительством третьей очереди студгородка не возникнет:

– Южный склон, в общем-то, участок, свободный от прав… в большинстве своем от прав третьих лиц.

Известие о возможном сносе жилья привело в негодование юриста, профессора медуниверситета Дамира Шакирова. Его трехэтажный кирпичный дом отлично видно даже на панораме в Яндекс.Картах. Как рассказал Дамир, дом он строил десять лет, закончил в двухтысячном, потом судился за узаконение прав на землю и победил.

_DSC7449.jpg

– Частная собственность узаконена в конституции! Каким образом, позвольте вас спросить, у меня ее заберут? Так и жизнь можно забрать, и сказать, что так и было, – возмущается Дамир Шакиров. – Ну придут, будут разговаривать. Если компенсируют по нашим ценам – это одно! Я даже так вам могу сказать – в пределах 650 миллионов. Это моя малая родина, я тут мать похоронил. И вдруг приходят ко мне и говорят: продай нам свой дом за 50 миллионов. А почему я должен продавать свою родину за такую сумму?

Дамир Шакиров считает, что можно было найти компромисс, и вписать его дом в единый ансамбль кампуса.

_DSC7445.jpg

Мы прощаемся и бредем по темноте восвояси. Вдруг нас догоняет дочь Шакирова:

– Не обижайтесь на папу, что он такой резкий – он очень расстроен. Ему 68 лет, надеялся, что достроит дом и будет жить спокойно, а тут – такое…

Что говорят в мэрии

С вопросами – «Когда людей, чьи дома попадают в зону строительства кампуса, известят о сносе?» и «Известно ли, какие им будут предлагать компенсации – денежные или квартирами, и если жильем, то в каких районах Уфы?» – мы обратились в мэрию.

– На сегодняшний день информация о количестве объектов, подлежащих сносу в связи со строительством кампуса, отсутствует, – сообщили в пресс-службе городской управы. – Согласно действующему Градостроительному кодексу РФ, в настоящее время проводятся закупочные процедуры по заключению муниципального контракта на разработку документации по планировке территории, где предполагается размещение межвузовского кампуса. Разработанную документацию с согласованием различных ведомств предполагаем получить до конца 2022 года.

Совет юриста: установить камеры и провести оценку

Адвокат Рамиль Гизатуллин советует собственникам домов, которые попадают в зону строительства кампуса, не пускать ситуацию на самотек.

– Опасения жильцов относительно возможной недобросовестности со стороны застройщика или администрации города при выкупе их объектов недвижимости более чем обоснованы, – считает Рамиль. – Я бы рекомендовал им установить камеры видеонаблюдения, сейчас это стоит относительно недорого, но эффект от их использования может быть более ощутимый. Кроме того, заранее стоит выбрать оценочную организацию, которая бы заранее могла дать предварительную оценку стоимости их домовладения. Такие вопросы не стоит откладывать на последний момент. Надо понимать, что в подобных спорах суды, вероятнее всего, займут позицию администрации.



Знаете больше? Есть информация, которой вы можете поделиться? Напишите нам

ПОДЕЛИТЬСЯ










последние новости


Загрузка...

© Права защищены. 2021

Яндекс.Метрика