пришлите новость


Давка за покойниками и пухнущие в черных мешках тела: что не так с моргом в Уфе, где выдают ковидных

13:33, 07 ноября 2021

Почему перед зданием на Цветочной выстраиваются очереди из катафалков, а родственники порой не могут дождаться выдачи тел в назначенное время. Во всем ли виноват только ковид? Участники похоронной индустрии рассказали шокирующие подробности того, что происходит в морге.

Давка за покойниками и пухнущие в черных мешках тела: что не так с моргом в Уфе, где выдают ковидных
Фото: Елена Жилинская

На днях в редакцию обратился уфимец по имени Михаил. Он рассказал, что не смог забрать из морга на Цветочной свою умершую от коронавируса бабушку. Старушка скончалась в районе, ее привезли в Уфу на вскрытие, но в назначенный день ее тело Михаилу не отдали.

– Сказали, что не успели! А у нас уже похороны назначены! Пришлось подключать связи, а проще говоря – заплатить санитарам, чтоб выдали тело, – негодовал Михаил. – Мне давно говорили, что в морге давка за трупами. Теперь и сам столкнулся.

В ситуации разбирался журналист Пруфы.рф.

1.jpg

«А я хитрый – стырил себе гроб»

Пятница. 8.20 утра. По катафалкам барабанит дождь, во внутренний дворик морга на Цветочной их набилось не менее 17. Люди в темной и мокрой одежде мороси не замечают. Почти вплотную, насколько позволяют грязные похоронные фургоны, они обступили запертые двери учреждения, и ждут, когда начнут выдавать тела близких.

Нет ни слез, ни истерик. На лицах родственников застыла деловая сосредоточенность. В воздухе повисло напряжение, оно чувствуется загривком.

Люди в спецовках балагурят и травят шуточки – для ритуальщиков людское горе стало рутиной и уже не цепляет за живое.

– А я хитрый – стырил себе гроб! – резвится ритуальщик в серой спецовке. Суть рассказа тонет в раскатистом гоготе его коллег.

39.jpg

– Тут как – живая очередь или по записи? – интересуюсь у пожилого мужчины в кожаной куртке.

– Кто успел – списки санитарам отдал, кто-то живую очередь ждет, – отвечает он.

Мужчину зовут Кашаф. Он выехал из Караидели в 4 утра, и уже в 7 часов занял очередь у двери в морг. Приехал за женой.

– Корона. Сгорела за два дня. Никуда не ходила – дома все время была. Только на двор да в магазин в неделю раз, – деревянным голосом рассказывает он. – Неделю назад температура поднялась – 37,5. Ни кашля, ни одышки. И не болела она ничем. Разве что на голову иногда жаловалась. Видимо, этот новый штамм подхватила… Скорую пять часов ждали. Три машины всего на район.

Кашаф кашляет, закрывая рот кулаком.

Вдруг щелкает затвор, распахивается дверь. На часах 8.32. По графику выдавать усопших должны с 8 до 10, но почему-то сегодня припозднились.

На пороге появляется санитар. Он одет в халат из нетканого полотна с капюшоном. На лице – плотно прилегающая маска с огромным стеклом и респиратором у левой щеки. За стеклом – землистого цвета лицо и запавшие (от усталости?) глаза. За санитаром – коридор и три каталки с телами в черных мешках.

35.jpg

– Гордеева! – выкрикивает он. Голос почти тонет в респираторе.

Толпа расступается, пропускает вперед женщину с пачкой документов в руках и ритуальщиков с гробом. Гроб исчезает в недрах коридора, двери закрываются. И вскоре распахиваются вновь, исторгая каталку. На каталке в обитом красным бархатом гробу лежит черный мешок. Три каталки за спиной санитара не сдвинулись с места.

Мизансцена с распахиванием дверей и явлением санитара с респиратором разыгрывается еще трижды. Меняется внешний вид гробов, но содержимое остается неизменным – тела в черных мешках.

Три каталки за спиной санитара не сдвигаются с места.

27.jpg

Груженые катафалки уезжают, на их место, ловко лавируя между людьми, подкатывают новые.

– Почему четвертое тело уже выдаете, хотя мы по записи – вторые?! – вдруг срывается на санитара женщина в розовой куртке.

Работник морга что-то отвечает, но слова прилипают к маске и не вылетают из нее. Женщина понуро отступает.

Далее события ускоряются. Санитар выкрикивает фамилии, ритуальщики подхватывают с каталок и растаскивают по машинам гробы, груженые черными мешками, уезжают, подъезжают новые.

Неизменны только три каталки с мертвецами в коридоре за спиной у санитара.

Мы уходим осмотреться.

31.jpg

– Она до последнего ведь ходила! Еле-еле, по шажочку, но сама, – вдруг начинает причитать тучная женщина с тростью в руках. По ее лицу струятся слезы. – Господи, будь ты проклята, корона окаянная!

Она и еще две женщины стоят особняком. На общем фоне сконцентрированных угрюмых лиц ее эмоции внезапны и как будто неуместны.

7.jpg

Спустя час Кашаф все еще ждет выдачи тела. В руках у него простой гроб из досок. У мусульман принято хоронить тело прямо в землю, ненужный ящик выбросят – тратиться на последнюю обитель с кистями и глазетом не имеет смысла.

– Вы еще ждете? Почему же так долго?! – удивляюсь я. – У вас похороны на какое время назначены?

– Да теперь уж что, – понуро вздыхает он. – Как получим, так и поедем… Во двор сначала, домой, попрощаемся, а потом – на кладбище сразу. Не буду мешок снимать. Хочу запомнить ее смеющейся…

Заключение о смерти супруги Кашаф получает только в 10 часов.

2.jpg

«Если мозгов нет, в морозильнике не взять»

Тема морга раскрывается перед нами нехотя. Моя собеседница – владелица ритуального агентства – просит называть ее Регина, но не указывать фамилии. Вроде и не выдает ничего революционного, но светиться опасается.

Регина говорит, что 17 катафалков во дворе в ожидании тел – это еще не много. В октябре прошлого года горожан потрясло видео – вереница катафалков тянется от зала прощания морга едва ли не до дороги общего назначения. По словам Регины, лавочку прикрыли давно – выдачу тел перевели с торца здания во внутренний двор. Глаза въезжающих в промзону теперь ничего не мозолит – дворик надежно скрывает толпу ожидающих тел родственников и плеяды ритуальных машин.

6.jpg

Особой волокиты с выдачей тел, по словам Регины, нет. Но и быстрой ее тоже не называет.

– Я родным сразу говорю – иду забирать тела в 8 [часов]. Но по факту это может быть и 9, и 10. Хотя ребята стараются все сделать шустро, но у них сейчас тоже завал. Работать некому, мальчишки болеют, – говорит Регина. – Обычно, если сегодня поступил, значит завтра будет вскрытие, а уже послезавтра я спокойно человека заберу.

Регина отмечает, что при нынешних реалиях морг откровенно маловат.

– Им можно было бы современный морг какой-нибудь, побольше. Все же совдеповское, все старое. Чтобы толпы этой не было – в одну дверь все толкутся. Ребята [в морге] и так уже стараются, сверх силы своей работают. С таким количеством поступающих надо быть роботом. Это все из-за ковида, – говорит она.

Достается от пандемии и ритуальщикам. Если в доковидную эпоху контора Регины устраивала одни похороны, то сейчас три обряда в день – в порядке вещей.

– Особенно как фольклориада прошла по Башкирии, – говорит Регина. – Все спели – станцевали, и сейчас районников поехало о-очень много! Ковидных вскрывают всех. Даже если бабулечка дома умерла.

По словам Регины, чтобы морг на Цветочной не захлебывался коронавирусными телами, ему на подмогу отрядили морг республиканской клинической больницы, и часть умерших, кому диагностировали корону, везут туда. Если ковида в анамнезе нет, покойного везут в чистый морг.

– Например, если была онкология, то везут в морг онкоцентра на Шафиева, – объясняет она.

В среднем, говорит Регина, похороны обходятся 50-60 тысяч рублей. Но несмотря на обилие смертей – в некоторых семьях уходят друг за другом по двое, трое человек – на ритуальных принадлежностях родственники не экономят. Ритуальщики тоже не зверствуют – стараются делать максимальные скидки.

25.jpg

– Когда горе приходит в одни двери, это морально тяжело и финансово. Единственное, на чем я настаиваю, – говорит Регина, – мусульман прошу покупать гроб полностью, без полугробов. Чтобы водитель всю дорогу не дышал [покойным] и не рисковал.

Как говорит Регина, много тех, кто перед погребением снимает с покойников мешки. Хотя она всех предупреждает, что делать этого нельзя.

– Он [труп] же не будет разлагаться и в землю не уйдет. Для людей психологически это не совсем [приемлемо], – говорит она.

Но снятый с ковидного трупа мешок – это еще полбеды.

– Я сама по кладбищу ехала, эти чеплашки стоят и в них – мешки! – ужасается Регина. – Понимание какое-то должно быть! Можно же его в могилку прикопать! Тем более, что мешок зараженный, человек в нем побыл! Если мозгов нет, в морозильнике не взять.

17.jpg

«Это – Освенцим?»

Что такое завал в морге, наглядно иллюстрирует видео, которое показывает другой мой собеседник. Он сразу предупреждает: съемка сделана в другом городе, но в уфимских ковидных моргах творится примерно то же самое.

Выкладывать в сеть это видео я не буду никогда. И не то, чтобы оно было не для слабонервных. Увиденное на этих кадрах для меня вообще находится за гранью понимания. Тела повсюду. Мертвые лежат на полу. На каталках. По двое, трое. Их руки и ноги торчат в разные стороны. Тела не зашиты после вскрытия. С них не смыта кровь. Вот на переднем плане – худощавый дедушка в памперсах: на его лице все еще закреплена дыхательная трубка.

– Это – Освенцим? – ошарашенно я поднимаю глаза на своего собеседника.

Он, по роду деятельности знакомый с моргом на Цветочной, отрицательно качает головой.

– Морг морально устарел. Везут в день по 50 тел. Холодильники не рассчитаны на такой объем. Перегрузка мощнейшая, – отрывисто сыплет он слова. – Лежат без разбора. Всех, даже столетних стариков, которые умерли дома по старости или от рака, всех теперь велено везти в морг. И справку о смерти раньше им выдавали в поликлинике, сейчас – в морге.

В то, что я слышу дальше, трудно поверить. Хочется думать, что это какая-то страшилка, неправда.

– Абсолютно всех кладут в мешки, потому что тела даже некогда мыть. Особенно не затрудняют себя вскрытием. Если диагноз надо подтвердить ковид, смотрят только легкие. Зашивать некогда, мозг не исследуют – трепанацию тоже некогда делать, – неумолимо продолжает он.

Видя недоверие в моих глазах, собеседник добивает меня историей из личного опыта.

– Летом умерла моя жена. Как в мешке тело лежало, так санитары и не смогли в порядок привести. Пухнуть начало, – говорит он, понизив голос.

Трудно поверить, что кто-либо способен выдумывать такое про своих близких.

История морга

Что с городским моргом не так?

Начнем с того, что центрального городского морга как такового в Уфе нет. На улице Цветочной есть бюро судебно-медицинской экспертизы, куда приходят засвидетельствовать травмы живые и привозят мертвых – установить причину смерти, если она наступает внезапно и необъяснимо.

И отделение паталогической анатомии, где подтверждают или опровергают диагноз скончавшихся по болезни, и устанавливают основную причину кончины.

Судебка, как прозвали ее в народе, в 1929 году занимала неприспособленное помещение с подвалом по ул. Сочинской. Эта информация есть на сайте БСМЭ

– В 1975 году морг был все еще на Сочинской, помню, ворота там были с огромными звездами. Сейчас на этом месте – пустырь, – говорит мой собеседник.

12.jpg

В 1990 году, после железнодорожной катастрофы под Улу-Теляком, которая, по официальным данным, унесла жизни 575 человек, судебка получила собственное здание. «При активном участии начальника бюро Н.В.Чернова», как пишут на официальном сайте бюро. Его имя строители увековечили в кирпиче на южной стене здания.

Но вернемся к истории морга на сайте бюро. «Задачи, которые ставили перед судебно-медицинской экспертизой правоохранительные органы, требовали создания новых структурных подразделений, и с 1968 по 1990 годы отделы и отделения бюро располагались в Уфе по трем разным адресам».

Одним из таких адресов был морг больницы №13 на Цветочной. И по сей день с торца здания, где расположен прощальный зал и где сегодня выдают заключение о смерти, можно лицезреть адресный план с номером лечебного учреждения.

Но и больнице №13 здание морга попало не с нуля. Как указано на сайте горбольницы,  «1979 г. В состав больницы № 13 вошло центральное патологоанатомическое отделение ЦПАО». О том, кому раньше принадлежало это здание, и в каком году оно было построено, нет информации ни на сайте больницы, ни бюро.

Что у нас со смертностью?

Призываем на помощь статистику. Данных по смертности в 1979 году мы, увы, не нашли. Зато нашли данные Башстата, подготовленные к переписи 2010 года.

Согласно документу (имеется в распоряжении редакции), в 1990 году в Уфе умер 9061 человек. Это 24,8 умерших уфимца в день. Хотя не все из них отправлялись на кладбище через морг – глубоких стариков, умерших по старости, в те времена запросто хоронили без вскрытия. Но все равно, запомните эту цифру.

Требования к вскрытию усопших на сегодняшний день, как утверждает похоронный агент Регина, ужесточились: даже столетние старики после смерти должны проходить через процедуру вскрытия.

Теперь берем данные Росстата по смертности в Башкирии за август 2021 года – 6082 человека, или (делим цифру на 31 – число дней в августе) 196 человек в день. Для сравнения – в августе прошлого года умерло 4606 человек, то есть прирост составил 132 %.

По данным Росстата, именно от ковида в Башкирии в августе умерли 669 человек, это 21,5 человек ежедневно.

У нас остается 174,5 умерших в августе (196-21,5), которые не вошли в статистику умерших от ковида.

Здесь сделаем маленькое лирическое отступление. Как в прошлом году писал журналист Михаил Зеленский, «рассуждать на тему, от чего ещё могли умереть люди, мы не можем, так как именно на этот случай Росстат полностью убрал другие причины смерти из всей статистики с апреля». Это явление, по словам Зеленского, департамент здравоохранения в Москве назвал избыточно смертностью.

- Допустим, есть Москва, где пытаются соблюсти все приличия. Для этого каждый месяц поздно вечером в пятницу (чтобы журналисты не совали нос) департамент здравоохранения выкладывает пресс-релиз [1], где пишет примерно следующее: у нас в прошлом месяце была огромная избыточная смертность по сравнению с предыдущим годом, но почти вся она объясняется гибелью людей с коронавирусом. Это ни в коем случае не значит, что избыточная смертность приравнивается к официальной (в официальную идут только те, кого запишут в графу ОТ коронавируса), - отмечал Зеленский.
Как писал в 2020 году Зеленский, в Башкирии официально от коронавируса за полгода умерли 34 человека. Ещё 26 официально умерли от чего-то другого, но у них был ковид (умерли с ковидом). А избыточная смертность за тот же период составила 4 688 человек.
43.jpg

То есть у нас нет никаких оснований утверждать, что большинство из 174,5 умерших в августе в Башкирии в 2021 году не могли отправиться на вскрытие в патанатомическое отделение морга для подтверждения или опровержения окончательного диагноза и его связи с кончиной от ковидных осложнений.

По словам источника редакции, чтобы снять нагрузку с морга больницы№13, под коронавирусных умерших отрядили еще и морг Республиканской клинической больницы имени Куватова. 

И даже при таком раскладе, задаемся вопросом: может ли здание морга, построенное условно в 1979 году при населении Уфы в 969 тысяч человек (по официальным данным), справиться с потоком покойников, возросшем в несколько раз? Это все равно, что сравнивать божий дар с яичницей и требовать от дискового телефона возможности выйти в интернет.

18.jpg

Почему мы сравниваем смертность по Уфе со смертностью по Башкирии? Согласно ответу Минздрава, который мы получали 28 октября 2020 года, в морг уфимской больницы №13 поступают все умершие в Уфе и республике, если у них подозревают инфекционное заболевание или подтвержден ковид:

– Морг ГКБ №13 приказом Министерства Здравоохранения РБ (далее – МЗ РБ) назначен патологоанатомическим отделением, осуществляющим вскрытия пациентов умерших от инфекционного заболевания, в том числе с подтвержденным COVID-19 и подозрением на нее, так как данный морг соответствует предъявленным требованиям Роспотребнадзора по вскрытиям данного направления. Тела поступают согласно маршрутизации, утверждённой МЗ РБ, из медицинских организаций Уфы и с близлежащих прилегающих районов республики.

15.jpg

«Были дни, когда по 130 трупов принимали»

Подтвердить наши догадки о том, что происходит в «паташке» морга больницы №13 мы попросили санитаров учреждения. Но это оказалось непросто: трое из них, узнав о теме разговора, говорить отказались наотрез. Четвертый санитар оказался более сговорчив, и то потому, что сам работает в «судебке», а информацией владеет только судя по рассказам приятелей из патанатомии.

– У меня в судебке вообще все по-другому: поступило в день 60, в тот же день я всех и выдам, – говорит Сергей (имя изменено – прим. Ред.). – Это у них там завал и нехватка санитаров, холодильников там мало.

Как рассказал Сергей, до катастрофы в Улу-Теляке и судебка, и паташка располагались в одном здании. Потом судебка отделилась и съехала в новое, а патанатомия осталась в старом на оснащении тех времен.

– В этом году им холодильник привезли, не знаю только, работает или нет. Не знаю, сколько часов длится у них смена, но знаю, что они даже ночью вскрывают, – говорит Сергей. – У нас слаженный коллектив, по 20 лет вместе работаем, а у них большой поток: приходят – уходят, санитаров всегда не хватает.

Как говорит Сергей, морг патанатомии рассчитан максимум на 50-60 трупов, но поступает их гораздо больше.

– Они в день по 60-70 трупов принимают. Были дни, осенью, когда по 130 трупов принимали, – говорит наш собеседник.

По словам Сергея, единственное, чем довольны санитары патанатомии, так это зарплатой.

30.jpg

Официально – плюс 14 дней к отпуску

Данных по заработной плате сотрудников уфимского морга в открытом доступе нет, поэтому в помощь мы призвали IT-сервис по поиску работы и подбору сотрудников по всей стране.

Например, санитар патанатомии в Москве при 30-часовой рабочей неделе труда в условиях ковида в месяц получает 80 тысяч рублей +7 дней к отпуску

В Санкт-Петербурге за работу ежедневно с 12-12.30 до 17 часов, кроме выходных и праздничных дней, санитару предлагают зарплату 20-25 тысяч в месяц и прибавку 14 дней к отпуску. В обязанности входит уборка помещений, обработка инструментария и посуды, помощь врачу при проведении аутопсий (редко), подготовка тела умершего к погребению, оформление и ведение архива.

Фельдшер-лаборант в патологоанатомическом отделении в Санкт-Петербурге будет получать от 55 000 руб. в месяц. В обязанности входит регистрация и подборка биоматериала; изготовление микропрепаратов, ведение документации.

Заведующего отделением патанатомии в Обнинск ищут на зарплату в 250 тысяч рублей в месяц до вычета налогов. Наряду с управлением отделением и научной работой, от заведующего требуется участвовать во вскрытиях и проводить лабораторные анализы. В качестве бонуса за вредность к отпуску добавят 14 дней.

32.jpg

Неофициально - «Калым: помыть-одеть, вывезти без очереди»

Как говорит санитар уфимского морга на Цветочной, не пожелавший назвать своего имени, потому что «боится – у них что-то там не очень, он из морга не вылазит», за такую грошовую зарплату, как пишут на сайтах поиска работы, ни один санитар даже пальцем не пошевелит.

– Зарплата 60 тысяч плюс калым: помыть-одеть, вывезти без очереди и так далее, и это примерно столько же, как и оклад, – говорит он.

По словам источника, знакомого с темой, развод на деньги в обмен на выдачу вовремя покойника – якобы давно известный среди агентов и санитаров трюк:

– Это делается элементарно! Подходит время выдачи тел к концу, люди начинают нервничать – им же хоронить! Агент разводит руками со словами, мол, от меня ничего не зависит – нужны деньги. Платежеспособность клиента оценивают по одежде, машине, – говорит он.

И продолжает: 

– В среднем за выдачу тела «вне очереди» берут от 6 до 7,5 тысяч рублей. Санитару идет 1,8 тысяч рублей, остальное [агент] забирает себе «на карман», - полагает наш источник.

37.jpg

«На каждого выходит по 100 трупов, а платят за 25»

Следующий разговор я слушаю, сидя в машине источника редакции в промзоне на окраине города. На звуковой дорожке (имеется в распоряжении редакции) – крик души судмедэксперта из судебки на Цветочной. Назовем ее Минзаля – источник слезно просит не раскрывать ее настоящее имя.

– Если летом за сутки было 25 [трупов на вскрытие], то сейчас – за 40, – говорит голос Минзали на записи. – То есть грубо говоря, на человека приходилось 5-8 трупов, то сейчас 8-11 на человека за день. Штата не хватает. Некого брать. У нас половина [сотрудников] на больничном, плюс открытый туберкулез у двоих.

Из менее насущных проблем Минзаля перечисляет фильтры вентиляции, которые менялись последний раз при царе-горохе, отсутствие отстоя воды перед сливом в канализацию, недоплату за переработку:

– В месяц на каждого выходит по 100 трупов, а платят за 25. Нам говорят: денег нет, в следующем году выплатим, – сетует она.

Из личных Минзаля называет проблемы с опорно-двигательным аппаратом, которые эксперты зарабатывают, таская трупы на себе.

– Зачем на себе трупы таскать?! – удивляется на записи мой собеседник.

– Санитаров тоже не хватает, – говорит Минзаля. – На столах они лежат – соскальзывают. Кто 80 килограмм, кто 100. Приходится их на себе тянуть.

Минзаля признается, что мечтает пожаловаться на ситуацию в следственный комитет, но не знает, как это все правильно раскрутить. Все потому, что у сотрудников уже был печальный опыт обращения в инстанции.

– Одна женщина не вытерпела – написала всюду, где только можно, – говорит на записи Минзаля. – И что вы думаете – все жалобы собрали, и спустили руководству морга со словами: сами разбирайтесь.

Ждем комментарий

Вопросы о пропускной способности морга, причинах задержек выдачи тел родным и просьбу прокомментировать ситуацию мы отправили письменным запросом Минздраву еще 1 ноября. Как только получим ответ, обязательно его опубликуем.

 26.jpg

Если вам понравился материал, поддержите нас донатами. Это просто и безопасно.

ПОДЕЛИТЬСЯ











последние новости



Загрузка...

© Права защищены. 2021

Яндекс.Метрика